http://99doors.at.ua/99_dis_old/oldstyle.css
http://99doors.at.ua/99_dis_neutral/newstyle_neutral.css
http://99doors.at.ua/99_dis_ettnhm/ettenheim.css
http://99doors.at.ua/99_dis_fest/New_year_2013.css
http://99doors.at.ua/Eclipse_d/style_white.css
http://99doors.at.ua/Eclipse_n/eclipse.css
http://99doors.at.ua/99_2014/99-2014.css
http://99doors.at.ua/99_2015/99_2015_vesna.css
Вверх страницы
Вниз страницы

99 дверей

Объявление


Форум для тех, кто любит играть.
Нет анкет. Нет ограничений. Только игра.

18+
Полезные ссылки:
FAQ
Обратиться к игрокам
Шаблон оформления шапки
Оставить заявку на игру
Почитать закрытые разделы:
лог: Читатель
пасскей: 1726354


Вопросы и обсуждения
► Если не пришёл пароль после регистрации: • вам сюда.

Каталог: партнеры

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 99 дверей » Вселенная Assassin's Creed » Случай в университете - 4


Случай в университете - 4

Сообщений 31 страница 60 из 115

31

- Глаза быстро устают. Капли нужны, не побегаешь.. да что там, - махнул рукой Шон, неожиданно отвечая вполне себе мирно, хотя больше всего хотелось наговорить гадостей. Впрочем, он весьма быстро взял себя в руки, поджимая губы.
- Лёд! Я его тебе зачем дал - в кулаке сжимать?! Так это не твоя дубинка, неандерталец, а лекарственное средство! Будь добр, прижми его к скуле. Пусть завтра хоть один из нас выглядит прилично. Кстати, ты не ответил. Это Вьери постарался? - Гастингс зло фыркнул, кивнув на травмы и скрестив руки на груди. Присел на подоконник - как можно дальше от Дэзмонда.
- Жирный боров. Если бы не планшет с курсовой, я бы его уделал. Без своих дружков он пустое место. Хотя я бы, конечно, хотел назвать его отрицательной массой, но, увы, она слишком меня интересует, чтобы употреблять ее, как определение такого отвратительного и бесполезного существа... - Он вдруг подумал об эффекте Казимира в свете их настоящего соседствования с Дэзмондом и понял, что мысленные путешествия в глубины физики пагубно на него влияют. Однако один факт оставался определенно точным. Если это дело рук Пацци - то счёт к нему удлиняется еще на один пункт. Отчего так - Шон не смог бы пояснить, но сейчас считал вполне логичным набить лицо отвратительному борову и за Дэза тоже, и, более того, чувствовал в себе силы для этого.

32

- Да захлопни ты уже свой фонтан, Гастингс, - Дэзмонд нахмурился, чувствуя, как стремительно портится настроение. - Хватит обзываться.
Майлз прижал лед, куда нужно, и тяжелым взглядом уставился на дезертировавшего на подоконник Шона.
- Я пришел по делу вообще-то. Но если ты настроен плеваться ядом, лучше пойду, - поднявшись с дивана, Дэз разочарованно махнул рукой, мол, что с тебя взять. - А попадаться Пацци я бы не советовал. Этот дебил мало того, что садист, еще и мстительный. Но дело твое, ты ж у нас умник, а я только дубиной и умею размахивать.
План по оказания эффекта "холодного душа" на их общих друзей уже не казался такой привлекательной идеей.
И правда, что он к этому ботану привязался?

33

От неожиданности замолкнув, Шон несколько удивленно посмотрел на Дэзмонда. Ощущение было такое, словно тот внезапно обиделся за Пацци. И даже собрался по этому поводу уйти. А ведь пришёл по какому-то делу.
Дэзмонд. По делу. С ума сойти.
Нет, пропустить подобное невозможно.
- Стой, куда собрался. - Гастингс хмыкнул, всем видом показывая, как он относится к дезертирам. - Что за дело-то такое? Возвращайся и рассказывай. Кстати, чай будешь? Или кофе? У меня, вроде, еще еда была какая-то.. - Шон потянул руку - поправить очки, но вовремя опомнился. Спрыгнул с подоконника, пройдя к небольшому столу, заменявшему ему кухонный, открыл холодильную камеру, заглядывая. Дааа, уныло. Овощное рагу собственного изготовления, много шоколада всех видов и сортов. Ну, хоть есть, что организовать к чаю.
- Вообще не понимаю, почему бы сразу с дела и не начать...  - по инерции продолжил было возмущаться он, потом вспомнил, чем закончилась первая минута пребывания Дэзмонда на его территории и покраснел.
- Садись, - стул на кухне был один, но Шона это сейчас вполне устраивало.

34

Дэз настороженно замер на пороге, как гончая, учуявшая дичь. Гастингс совершил тактическую ошибку: предложил перекусить. Дэз и так не был по натуре обидчивым, а при предложении заморить червячка вообще готов был заключить мировую с кем угодно. Тем более, что из-за их разборок с Альтаиром он так и не успел поесть.
- Буду. Кофе. И еду, - с голодной улыбкой крокодила, затаившегося у водопоя, ответил Дэз, опускаясь на единственный стул.
Интересно, у Шона что, гостей никогда не бывает? Или он привык сидеть на подоконнике?
- А ты как? - все-таки решил поинтересоваться Майлз хотя бы из вежливости к человеку, предложившему поесть. - Так вот, о деле. Не знаю, как твоя курсовая, а моя накрывается кое чем похуже медного таза. Альтаира от твоего ненаглядного Малика и за ухо не оттащишь, совсем на учебу забил. Предлагаю предпринять ряд действий, вследствие которых Альтаир пересмотрит свои приоритеты и вернется к, заметь, еще не начатой курсовой. Эээ..., - глубокомысленно закончил свою тираду Дэзмонд, пытаясь осмыслить только что сказанное. Положительно, Гастингс заразный, вот он уже и словами заговорил, значение которых и понимает-то с трудом.
Хотя, в свете перспективы писать курсовую в одиночку, нужно бы почаще общаться с АВТишником.
Полный надежды взгляд оголодавшего Майлза замер на ресницах Шона. Положительно, через очки вообще ничего нельзя разглядеть.

35

- Хм, - Шон методично опустошал холодильник, организовывая перекус, накладывая полную тарелку рагу, соображая бутерброды из внезапно обнаруженных хлеба и сыра, наливая кофе и даже делясь шоколадом, что было самым сложным. - И какие именно действия предполагаются?.. - Вместо ответа на вопрос о посадочном месте, программист сходил в комнату, освободив стул, обычно используемый вместо вешалки для одежды, притащил его, поставив рядом. Голодные взгляды Майлза и его побудили на поесть, хотя, казалось бы, сегодня он уже не собирался ничего наворачивать.
Организовав и себе кофе и отломав кусочек шоколада, Шон устроился у окна, подобрав босые ноги и уставившись на Дэзмонда с внезапно проснувшимся интересом.
Оказывается, комбезовцы умеют думать, и даже что-то придумывать - такое пропускать не стоило!..
- Давай, делись своим великим планом Маршалла, я заинтригован.  - А синяк у Дэза все же будет. Это осознание приносило странную смесь разочарования и досады, пока взгляд зеленых глаз цепко скользил по чётким и правильным чертам лица Дэзмонда.

36

- Ну, - протянул Майлз, не отрывая горящего взгляда от от тарелки с чем-то странным, без мяса, нос довольно аппетитным запахом. Питался Дэз, как пещерный человек: мясо, не важно какое, жаренное, тушеное, вяленое, вареное, зелень и хлеб. Все остальное удостаивалось презрительного полного сожаления взгляда, но тут же сметалось под чистую. Мясо мясом, а жрать-то хочется. - Определенного плана у меня нет. Я думал ты придумаешь, ты же у нас умник, - комбезовец пожал плечами, приканчивая рагу. Рагу без мяса. И как Шон живет на одних овощах?
- Нам бы их разлучить хотя бы на пару дней, а там посмотрим.
Потянувшись за кусочком шоколада, Дэзмонд перехватил взгляд Шона, передумал и спер со стола еще один бутерброд с сыром.

37

Уже открыв рот, чтоб в очередной раз съязвить, Шон вдруг задумался. "Разлучить" прозвучало как-то фатально и угрожающе, и еще страшно напомнило один из тех сериалов, что запоем смотрят мать с сестрой. Там герои (а, чаще, героини) вечно кого-то пытаются разлучить с благими целями, но потом получают по заслугам, в частности от разлучаемых.
Вспомнился Малик, у которого так глаза не горели даже во время их совместного впервые верно скомпилированного огромного кода. А что, если после "разлучения" он (как в сериалах) утратит вкус к жизни и вообще забьёт на учебу?..
Шона передёрнуло.
Нет, таким образом действовать он не хотел.
С другой стороны, в принципе, его курсовая и не страдала особо: Малик всегда умел выкроить время и на учёбу и на отдых, другое дело, что раньше он был все время в зоне доступа, а теперь понадобится посоветоваться с кем-то близким по духу.. а рядом только этот варвар.
Шон обреченно посмотрел на расцвеченного всеми цветами гематом Майлза.
- Не пойдет. Ты же знаешь, что бывает, если людям не давать желаемое. - Cказал - и задумался. Откуда Майлзу это знать?.. - По крайней мере Малик - упрямый. У меня есть встречный вариант.

Для Шона проблема заключалась в том, что он не мог выхватить Аль-Саифа в любое время суток с вопросами и уточнениями. Ну если гора не идет к Магомету...
- Нужно падать им на хвост. С нами в кильватере они не будут долго гулять и будут скорее расходиться. Можно брать с собой ноутбуки, в конечном итоге, нам всем нужно делать курсовые, так почему не совместить приятное с полезным?..
Вряд ли Гастингс сейчас понимал, что именно предлагает Дэзмонду.

38

- Не буду я им свечку держать! - возмутился Дэзмонд, обжигая Шона взглядом, преисполненным праведного негодования. - И по кампусу бегать с ноутом отказываюсь. Тебе не кажется, что все это слишком притянуто за уши?
Майлз уныло покосился на стол, еда закончилась, и настроение резко начало падать. А вот Майлза, похоже, больше расстраивала перспектива разлучить новоиспеченную парочку.
- К тому же я знаю Альтаира, - почему-то разочаровывать Шона ему было неприятно. Отмахнувшись от странного ощущения, как от назойливой мухи, Дэз продолжил, - С ним эта тактика нес работает. Если он захочет избавиться от нас, сделает это, не успеешь и глазом моргнуть.
В уголке рта Гастингса медленно таял кусочек шоколада, от которого комбезовец не мог отвести взгляд последние пару минут. Пока не лопнуло терпение. Поднявшись со стула, он шагнул к почему-то вдруг побледневшему Шону, и осторожно убрал шоколадную крошку, которая мешала ему сосредоточиться.
- Ну придумай что-нибудь еще, - Дэз посмотрел на парня с такой незыблемой верой в мощный интеллект новоиспеченного партнера, что не оставалось никаких сомнений: не уйдет, пока Шон не придумает подходящий им обоим план.

39

- А кто про свечку говорит?! - взвился Гастингс, вновь обретая утраченное было красноречие, вместе с жарким румянцем, неизвестно почему залившим щеки. - Все мысли об одном, примитивная ты бацилл.. - Он не договорил. Майлз его вообще, кажется, не слушал. Точно загипнотизированный, он вдруг оказался совсем рядом и почти что провел пальцем по губам Шона.  На смену румянцу пришла такая бледность, что все веснушки мгновенно стали еще ярче, и долгие несколько секунд ушли на осознание того, что и зачем только что сделал Майлз. Наконец, облизнувшись, Гастингс выдохнул, пытаясь собрать мысли в кучу, неуклюже коснулся переносицы, опуская голову, и буркнул.
- Мог бы просто сказать.
Еще миг - взять себя в руки и вновь восторжествовать интеллектом над дремучестью этого варвара. Тем более, под таким-то взглядом. Шон почувствовал себя как минимум Энштейном.
  -Хорошо. Мешать прогулкам - вещь скверная, согласен. А как насчёт просто вместе заниматься? Расписать план и следовать ему? Малик, к слову, работает над курсовой. Альтаир, как я слышал, тоже не из отстающих, скорее, наоборот. Кроме того, этот жук недавно увлекся программированием и умышленно или случайно, но здорово помог нам с Аль-Саифом, - против воли в голосе прозвучало нездоровое восхищение таким прозрением, снизошедшим, почему-то, на второго дремучего варвара с комбеза.
- В любом случае, я уверен, что нам надо хоть раз собраться вчетвером. Вместе мы будем убедительны.

40

Майлз спокойно пожал плечами, недоумевая. У парня на него такие странные реакции, то бледнеет, то краснеет, постоянно нервничает. Дэзмонд знал, что Гастингс его терпеть не может, догадывался даже за что, но все равно не мог до конца поверить, что его общество настолько неприятно автишнику. Почему-то становилось обидно.
"Ничего, потерпишь"
Дэз хмуро уставился на Шона, мысленно принося самую страшную клятву, что никогда больше не прикоснется к этому неблагодарному гаду, даже если по его очкастой физиономии будут ползать сороконожки, а в волосах затеет брачные игрища парочка птицеедов.
Подумаешь, крошку убрал. Недотрога!
И какого черта этот ботан  называет его друга, как ему вздумается? Он пока еще Аль-Саифа ни словом, ни делом, ни мыслью не обидел. Ну, хорошо, мыслью обидел, и не раз, но вслух-то ни-ни.
- Ты язык попридержи, - набычился на "жука" Майлз, хотя сам честил Альтаира словесными конструкциями и похуже. - Альтаир - мой друг, нечего об него язык чесать. Хорошо, я понял, прогулкам мешать не будем, - Дэз дотронулся кончиками пальцев до заметно увеличившейся и потемневшей гематомы на собственной разбитой роже и вовремя припомнил, что Аль за диверсию мог устроить роспись "под гжель" не хуже. - Ну и что придумаем? Чтобы собраться вместе, я имею в виду. А убеждать я умею, об этом не парься, - мрачно подытожил Дэз, бросая на пустой стол долгий печальный взгляд.

41

Сердце не выдержало таких откровенно голодных взглядов, казалось, Дэз сейчас просто концы отдаст от недоедания, а синяк на лице смотрелся еще более трагично. Вздохнув, Шон сходил за сумкой, выудив из нее пачку печенья - она жила там всегда, выручая заучившегося программиста (а иногда и его друга) в библиотеках и  на лекциях.
Толкнув пачку по столу так, что она проскользила прямо к Дэзмонду, Шон снова поставил чайник. Кажется, их тайная вечеря грозила затянуться. Интересно, кому выпадет почётная миссия расцеловывать преданных в щеки?.. Тьфу, ну и мысли в голову лезут. Не иначе, сотрясение.
Печально потрогав синяк под глазом, Шон взгромоздился обратно на подоконник.
Он точно знал, как им собраться вместе. Малика тоже давно интересовало, откуда Альтаир обладает такими познаниями в незнакомой и чужеродной ему дисциплине. Если предложить всем дружно глянуть на тот самый код, Малик вряд ли откажется. А там и Дэз подтянется - после обсуждения алгоритма, они с Аль-Саифом уйдут в глубокие подсчёты, и Альтаиру ничего не останется, как тоже заняться курсовой.
А потом останется просто ввести подобное за правило.
И эта сладкая парочка будет рядом друг с другом, и...
они с Майлзом.
Хуже не придумаешь.
А есть ли иной выход?.. Ладно, просто надо будет садиться подальше, отгораживаясь от варвара Маликом и Альтаиром. Точно! Он даже видеть его не будет, и его комбезовский вид не будет сбивать Шона с тонких расчетов.
- Общий сбор я беру на себя. Я маякну тебе о времени и месте, подтянешься, и не забудь ваши курсачи прихватить. Я не уверен, что Альтаир таскает свою с собой. - Заварив еще чашку чая, он поставил ее перед Дэзом и не удержался. - Того и гляди, и сам чему научишься, в компании интеллектуально богатых людей.

42

Дэз уже впился зубами в печенье, когда его сознания достигла последняя фраза Шона. До этого он даже как-то забыл об их прошлых разногласиях, расслабился.
Нормально же беседовали, так какого хрена?! Видно, понятие "заткнулся и не отсвечиваешь" в словаре умных слов Шона Гастингса не числилось.
Майлз тут же набычился и с сожаление отодвинул полупустую пачку. Как говорится, в доме врага...
- Ты уж маякни, не забудь, мой интеллектуально богатый друг, а то куда ж мне запомнить, с моими неандертальскими мозгами? - тяжелым тоном отчеканил комбезовец, медленно поднимаясь со стула. И, не прощаясь, покинул комнату, мечтая как можно быстрей и незаметней покинуть территорию неприятеля.
Настроение, как водится, гнусно скатилось к нулю. Всю дорогу до родной общаги Дэз не мог выкинуть из головы ядовитую гадину по имени Шон, но вспоминались почему-то не его обидные слова, а подбитый глаз, длинные ресницы и бутерброды с сыром.
Жутко хотелось спать.
Но, как оказалось, не судьба. По возвращении домой Дэзмонд застал в комнате не менее раздраженного и голодного Альтаира. То ли они с Маликом чего-то там не поделили, то ли звезды на небе так сошлись, но слово за слово, и понеслась. Дэз даже про курсовую забыл спросить.
Катались по полу дружно, молча и зло. Потом так же дружно собирали осколки разбитой лампы (последней, между прочим), бегали в медпункт, а когда он оказался закрыт, в аптеку, вернулись домой с пиццей и пивом, так же дружно и молча поужинали и легли спать, так и не озвучив друг другу причин своего взвинченного настроения.
То есть, Дэз, разумеется, знал, кто подпортил карму Ла-Ахаду, но признаваться в том, что у него не идет из головы не в меру языкастый друг Малика, он не собирался. Никому и никогда.

43

Утро было тяжелым, как в физическом плане (раскалывалась голова, ныл синяк и, кажется, челюсть, не говоря уж о потянутых мышцах), так и в морально-духовном. Впрочем, причин последнему Шон найти не мог, хотя и догадывался, где прикопан убиенный Тузик. Отчего-то от этих догадок становилось совсем моторошно и тошно.
Он был рассеян, вел конспект скорее по инерции и в результате пропустил момент, когда Малик оповестил его о том, что сегодня он занят в бассейне с Альтаиром.
Медленно кивнув и заработав еще один изумлённый взгляд напарника по курсовой, Шон собрал вещи и побрел в сторону главного корпуса библиотеки - соседство книг всегда быстро приводило его в нормальное расположение духа. По пути ему, разумеется, попался Пацци. Жирный боров не мог молча пройти мимо, но в этот раз Шон не был настроен на диалог. Вьери был один, и разбить его было проще простого, однако в этот раз все было как-то иначе. Вместо обычных оскорблений, Пацци вдруг заговорил о том, что он сожалеет о своих действиях и принялся предлагать мировую. Даже положил Шону руку на плечо, а потом и вовсе приобнял, увлекая за собой в сторону дальних корпусов, в народе - темных переулков. Пребывающий в стране логарифмических облаков Гастингс даже не сразу определил траекторию движения.

44

Весь день Дэз был какой-то дерганый. Переругался со всеми, с кем только мог, огрызался по поводу и без повода, на вопросы Альтаира отвечал односложно, сухо, чем довел до ручки и без того вспыльчивого Ла- Ахада за считанные минуты.
В итоге обедать Майлзу пришлось в гордом одиночестве, так как все вменяемые друзья махнули на угрюмого Дэзмонда рукой, а невменяемые сейчас его самого мало привлекали.
По пути в кафетерий он едва ли не нос к носу столкнулся с причиной своего плохого настроения в обществе, кого бы вы думали, Пацци!
Дэз сдержанно кивнул, чувствуя, как клокотавший все утро вулкан грозит извергнуться вот прямо сию секунду. И поспешил прочь, уводя себя от соблазна начистить противной свинье Пацци рыло, а Гастингса послать подальше. И только дойдя до дверей кафе, комбезовец очнулся. Вспомнил рассеянный взгляд Шона и ехидную ухмылку Пацци, сообразил, что в дальних корпусах им обоим по-хорошему делать нечего, и вообще, что им вдвоем делать нечего.
Витиевато выругавшись прямо в лицо выходящей из кафе девушки, Дэз неловко извинился и поспешил назад.
Нет, он сам вчера придумал для наглого очкарика не менее тридцати кар различного уровня болезненности, но так и не избавился от глухого чувства неудовлетворенности.
Подкравшись к торцу пятого корпуса, самого дальнего в кампусе, Дэз осторожно выглянул из-за угла.
Сначала следовало разобраться, что же задумал Пацци.

45

В общем-то, все было банально - Пацци, сообразив, что в драке один на один Шон не так уж плох, решил устроить ему подлянку в компании своих столь же неинтеллектуальных дружков. Вещая что-то про любовь и дружбу, он вывел Гастингса за дальнее здание, где тот и попал в распростертые объятия мордоворотов с пятого курса.
Синяк на лице хоть и почти сошел, но болел исправно, и Шон, слишком поздно сообразивший, к чему все идёт, уже было заготовился терпеть побои, однако компания Вьери задумала кое-что другое.
- Ты такой умница. Пары ни одной не пропустил, конспекты все есть.. - упомянутое добро, разумеется, тут же перекочевало в руки пятикурсников. - А давай-ка ты посидишь, да подумаешь о своем поведении!

Со стороны, наверное, выглядело это как беседа закадычных друзей - апатичному Шону уже было почти все равно, что, как и сколько,  дружки Пацци не отпускали плеч рыжего полумедвежьмим объятиями удерживая того от резких движений. Сам Вьери в этот момент распахивал двери подвала - древнего, как это самое мамонта и не использовавшегося, наверное, уже как лет дцать. И как только остолопам удалось вскрыть амбарный замок?
При виде распахнутого черного зева Гастингс дернулся, однако сильные руки уже отправили бывшего очкарика в унизительный полет. Почти сразу тяжелая крышка подвала захлопнулась и, сквозь мерзкое ржание донеслось:
- Посидишь тут немного.. а потом мы тебя вытащим.. Если никто на твои вопли не прибежит.. принцесса!
В общем-то, Шону очень хотелось заорать. И он орал бы, не онемел от сковавшего его почти первобытного ужаса.
Все дело в том, что Шон Гастингс, мальчик-умница, имевший всему логичное объяснение, панически боялся.. крыс. Этот страх, впитанный, видимо, с молоком матери, был необъясним, алогичен и неискореним.
Но он был, и был он намного сильнее Шона.
Сжавшись в комок, Гастингс закрыл лицо руками и часто дышал, пытаясь не потерять сознание. Выходило все хуже, и, будь в подвале хоть сколько-нибудь светло - наверняка бы уже черные пятна плыли перед глазами.

46

Желание набить жирному упырю морду переросло из ленивого предположения в твердую убеждённость. Желательно прямо сейчас. Подойти, вмазать с ноги по роже, отобрать вещи Шона и пригрозить, что, мол, еще раз...
Но этой страстной мечте Дэзмонда Майлза не суждено было осуществиться незамедлительно.
Во-первых, он был один, а их много. Не то чтобы Дэз не любил погеройствовать или боялся, просто не видел острой необходимости украшать свою и без того расписную физиономию еще парой синяков. Вот был бы с ним Альтаир - другое дело. Они бы эту трусливую свору паццевских прихвостней раскатали в две минуты. Но Аля не было, у Аля, мать его, еще брачный сезон не закончился, чтоб его Малику подавиться! Нельзя же быть таким эгоистом! Не видит разве, - чахнет парень, скоро совсем загнется. То, что Ла-Ахад был мало похож на чахнущего от несчастной любви, уж скорей на радостно виляющую хвостом в предвкушении охоты гончую, Майлза не особо заботило. В конце концов, он близкий друг Альтаира, ему видней.
Во-вторых, Дэз почему-то был уверен, что если начнет в открытую заступаться за Гастингса, тот ему вряд ли будет благодарен. Тогда одной "принцессой и рыцарем" они точно не отделаются. А с этого придурка очкарика станется еще и наехать, никакой благодарности один яд. И откуда столько желчи в хрупком на вид очкарике? Ехидна, чес слово!

- Козлы тупые! - бормотал себе под нос Дэз, пересекая задний двор и направляясь к подвалу. Тяжелые двери, которые комбезовцу еле-еле удалось открыть, были не единственным препятствием. Вход в подвал перекрывала тяжеленная крышка, такая неподъёмная, что в первые пару минут Дэз даже проникся физической подготовкой "тупых козлов", даром, что поднимали они её вдвоём.
Ободрав ладони и раскроив колено шурупом, торчащим из дверцы (надо будет в следующий раз придержать её чем-то, и почему сразу не додумался?), Дэзмонд, наконец, поднял злогребучую крышку и сунул голову внутрь.
Ни хрена не видно. Темно, хоть глаз выколи!
- Слышь, очкарик, ты здесь? - тоненьким от волнения голоском протянул Майлз, но тут же смутился, откашлялся и уже уверенным басом продолжил. - Надеюсь, тебя сожрали крысы и я могу со спокойной совестью сказать твоему Малику, что ничем не смог помочь.
Тишина.
- Ээй! - уже не на шутку струхнув, позвал Дэз, протягивая руку и пытаясь нащупать стену. - Шон!
Черт, черт, черт! "Шон", мать его! Нет, ну правда, чего он наехал, у Гастингса, наверное, шок, а он тут со своими крысами. Почему-то вдруг стало стыдно, как будто это он засунул автишника в подвал.
- Шо-он, ты там? То есть тут? Короче!
Терпение никогда не было главной добродетелью Майлза. А потому, сделав шаг вперед, он благополучно полетел вниз, не рассчитав, что подвал может уходить в глубь не горизонтально, а вертикально, ну, или по диагонали, он как-то не силён в полете траекторию и скорость рассчитывать.
Приземлившись на что-то мягкое, Дэз выругался, ощупывая место посадки.
- Кто здесь?!
Короткий ёжик на голове встал дыбом. Рядом отчетливо почудилось чье-то дыхание.

47

Когда наверху завозились и запыхтели, Шон решил, что Вьери с друзьями вернулся, разумеется, не чтобы его вытащить. Скорее, добросить к нему какую-нибудь гадость, чтобы сиделось лучше. Можно было бы достать мобильный и подсветить им, но страх потянуть руку к карману и схватиться по пути за холодный, скользкий хвост был сильнее.
Однако в ореоле пролившегося сверху света был не Вьери.
Изумлённо хлопнув ресницами, Гастингс прищурился, обозревая явление свыше.
Никогда.
Никому.
Ни за что он не расскажет, как счастлив в тот момент, когда по голосу понял, кто же явился на пороге его тюрьмы.
В тот миг он готов был броситься неинтеллектуальному неандертальцу на шею, простить ему всю необразованность в вопросах физики и программирования, поклясться в вечной признательности и назвать в последствии его именем всех своих гипотетических детей...
Но со второй же фразы это желание уменьшилось вдвое, а потом и вовсе сошло на нет.
Этот рыцарь печального образа, не удосужившись даже дождаться ответа.. прыгнул вниз.
В подвал.

Позабыв о паническом страхе, Шон ушел в глубокий фейспалм, из которого его вывел нервный вопрос, заданный прямо в ухо.

- Здесь твой самый страшный кошмар, Дэзмонд, - негромко ответил Гастингс, постепенно привыкая к полумраку - света открытой крышки грузового люка подвала где-то там, хватало, чтобы различать контуры. - Будь добр, не кричи так. И поясни мне на милость, какая нелегкая тебя понесла сюда, вместо того, чтобы направиться к коменданту за ключами?.. - кажется, где-то в глубине подвала послышался шорох. Вся ленивая вальяжность вечно-все-знающего ботаника мигом слетела с Гастингса, когда он каким-то странным движением вдруг оказался рядом с Дэзом, крепко вцепившись в его предплечье.
- Что это?! - в голосе промелькнула неподдельная паника, хотя Шон и старался держать себя в руках, пока что выходило отлично держать в руках только комбезовца.

48

- "Будь добр", "на милость", "какая нелегкая"... ты нормально разговаривать умеешь? Как ты вообще всю эту хрень выговариваешь? - издевательски протянул Дэзмонд, страстно мечтая придушить язвительного очкарика, но вместо этого сам схватил вцепившегося в него мертвой хваткой Гастингса за руку и прислушался. - Фу, чего верещишь? Ну, крысы, наверное, - неуверенно предположил Дэз, инстинктивно нащупывая за собой какую-нибудь поверхность повыше.
Но на полу валялись только какие-то мешки и тюки с чем-то мягким.
- И чего ты прицепился? Я за тобой сюда полез. Видел, как Пацци тебя сюда сунул, ну... и полез. Не надо было, - мстительно припечатал Майлз, не желая признавать очевидного: он ступил. И на редкость глупо. - Ничего, сейчас Ла-Ахаду наберу, он... опа, мобила не пашет. Эй, ты чего притих? Давай, гений, предлагай свои варианты.

49

- Крысы?! - полупридушенно пискнул Шон и откуда-то возникло ясное чувство: сейчас он полезет Дэзмонду на голову. По крайней мере руками по предплечью Гастингс перебрал, теперь крепко держась за плечо, казалось, следующим шагом будет плавное перетекание комбезовцу на руки.
- Ненавижу крыс, - едва слышным шёпотом выдохнул незадачливый ботаник прямо в ухо своему не менее незадачливому спасителю. Дар красноречия, видимо, Шона оставил. Равно как и воспеваемая Дэзмондом гениальность. Если там, в привычной жизни Шон какому угодно преподу фору даст в занудстве, задротстве и любви к поучительным рассуждениям, если там у него на все готов ответ и никаких проблем с решением головоломок любой сложности нет, то здесь.. в вотчине крыс и темноты все таланты как-то разом покинули его и единственное, на что чудом хватило "гения", так это на полуобреченное:
- Может, я тебя подсажу к выходу?.. Или ты меня? - последний вариант был куда предпочтительнее. Держать ноги на полу казалось все более опрометчивым.

50

- Не ори ты так, гений! Я не глухой, - Майлз почувствовал, как волосы на голове встали дыбом. Вся остальная растительность на теле тоже. Крыс он, понятное дело, особо не любил, но был, по большому счету, к ним равнодушен. И уж точно не боялся. Как и темноты, пауков, привидений, маньяков и прочей фигни. Но, как оказалось, испуганный Гастингс да еще и в кромешной тьме способен напугать до чертиков кого угодно. Дэзмонд даже почувствовал на своей ноге цепкие когтистые лапки и чуть не заорал сам. - Слезь с меня! - он старался говорить громче и уверенней, чтобы прогнать страх.
В конце концов, кого тут спасать надо? Отцепив от себя ополоумевшего очкарика, Майлз, наконец, включил мозг. От усердных раздумий его постоянно отвлекал дрожащий то ли от холода, то ли от страха Гастингс, который все так же продолжал хвататься за его руку, но это не помешало ему вспомнить, как следует действовать в подобных ситуациях.
- Не ссы, - грубо отрезал комбезовец, но тем не менее осторожно обнял очкарика за плечи и прижал к себе, чтобы тот почувствовал хоть какую-то защиту в этой непроглядной темноте. - Нет здесь никаких крыс. Наверх вылезти не получится, слишком высоко. Ты не достанешь и меня потом уж точно не вытащишь. А залезать тебе на спину я сам не решусь. А что, если тебе снова крысы приглючатся? Ничего, ща выйдем, в этих шахтах всегда есть выход в основное помещение. Надо только найти. Обычно они не очень длинные, метра три-пять. Это как большая кладовка, только с выходом наружу. Шон, - снова по имени, да что за хрень такая, - держись за меня и я тебе очень прошу, если наступишь на что-то мягкое, не вопи!
Последняя просьба была произнесена очень ласково. Потому что как раз в этот самый миг Дэз, который потихоньку начал продвигаться в сторону двери, выставив одну руку в сторону, а другой придерживая Гастингса, как раз наступил ногой на это самое мягкое. Ощущеньице то еще. Он аж холодным потом покрылся. Черт бы побрал этого очкарика с его крысами. Прямо как у Кинга. Не-не, ему не страшно, но мерзко же!

51

Шон только полупридушенно промычал что-то согласное. Несмотря на то, что тут и так было темно, хоть глаз выколи, Гастингс зажмурился и только ощущение Дэзмонда рядом оставалось реальным. Все остальное - сон, сон, просто дурной сон.
Майлз говорил что-то успокаивающее, почти ласково бубнил на ухо и обнимал за плечо. Сказать, что Шон был ему благодарен значило бы не сказать ничего. Где-то в какой-то момент даже случилось прояснение и программист подумал, что не зря Майлз такую дисциплину выбрал, он просто прирождённый спасатель. Сначала кидается грудью на амбразуры, потом думает - рефлексы как раз для комбезовца. Но в принципе и в условиях, затруднённых паникующими спасаемыми он действовать тоже умеет. И планировку подвалов этих знает. И вообще. Такой молодец.
Даже гордость какая-то взяла. Ненадолго.
Потом Дэз куда-то шагнул, и доверчиво жмурящийся Шон потянулся следом, честно промолчав, когда нога, как по заказу, влипла во что-то мягкое.
Сон, сон, страшный сон.
Как-то так оказалось, что в один момент Гастингс замер за спиной Майлза, крепко держа его за талию и прижимаясь лбом к спине. Никогда он не задумывался, что Дэз настолько выше, но сейчас мыслей в голове не было вообще. Ни о том, что будет позже, ни о том, что было раньше. Важно только здесь и сейчас.

52

Шаг, еще шаг. Дэз старался не спешить, осторожно переставляя ноги, сам бы он предпочел не тормозить и идти, вытянув руку перед собой, но Шон, как по заказу, вцепился в его талию и прилип, как банный мест как раз к тому месту, к которому надо. Горячее дыхание явно перепуганного насмерть автишника (иначе жался бы он к Дэзу, ага) щекотало шею, и Майлз то и дело упрямо мотал головой, как конь, которого тянут за узду в другую сторону.
Где-то совсем близко послышался приглушенный гул голосов. Значит, они почти на месте.
- Ну вот, - Дэзмонд выдохнул, испытывая настоящее облегчение. По спине то и дело проходила нервная дрожь. И чего этот очкарик к нему прилип? А, точно, крыс боится.
Фу, крысы...
И тут как по заказу Вселенная ответила на его призыв. Всегда бы так, когда он к ней обращается.
К щиколотке прижалось что-то мягкое и явно живое. Как раз в тот самый момент, когда Дэз нашарил в темноте ручку двери и уже собрался ее распахнуть.
Следующие события произошло одновременно.
Крыса пискнула, Шон вцепился в него мертвой хваткой, Дэз открыл таки злополучный замок и рывком распахнул дверь, тут же ослепнув от яркого света.
Крыса, видно, тоже шарахнулась в сторону, и, судя по тому, как очкарик впился в его спину ногтями, прямо по его ногам, а Дэз с психу рывком обернулся, забыв о том, насколько близко друг другу они находятся, и впечатался губами прямо в бледную щеку и уголок губ, застывшего в немом ужасе Шона.
Глаза медленно привыкали к свету.
Бассейн и тренажерный зал. Чертова дверь выходила прямо в раздевалку, наверное в подвале раньше хранился спортивный инвентарь и полотенца. В раздевалке была куча народа. А посередине как назло топтался Пацци со своими шакалами.
В раздевалке повисла напряженная тишина. Глаза Пации вывалились из орбит, остальные просто разинули рты.
Дэзмонд Майлз, крутой и задиристый староста комбезовцев, при всех целовал тощего рыжего автишника.
- Охренеть, - все, на что хватило Пацци, когда к нему вернулся дар речи.
А на Майлза, казалось, напал ступор.

53

Сознание, казалось, свинтившее далеко-далеко и навсегда медленно возвращалось. Вместе со светом, с шумом голосов, с.. тёплыми губами на щеке?
Наверное, будь он менее...расстроен наличием в подвале крыс, он шарахнулся бы в сторону сразу, реакции, выработанные с детства были однозначные: когда что-то стремительно приближалось к лицу, и в частности глазам, Шон в два раза стремительнее отдалялся, рефлекторно оберегая и без того не шибко хорошее зрение. Однако сейчас глаза были зажмурены, а когда, наконец, до мозга дошёл весь ужас положения, открывать их даже не хотелось.
Кто-то что-то сказал. Ага. Тут еще и Пацци!
Немедленно. Провалиться. Сквозь землю.

Ужас, шок, паника, волна адреналина - короче, совершенно жуткая смесь каких-то чувств кувалдой ударила от солнечного сплетения и разошлась по телу, заставляя онеметь кончики пальцев. Абсолютно растерянный, ослеплённый светом и шумом, Шон дернулся в сторону, чувствуя, как багровая краска заливает и лицо, и уши, и шею, и вообще, кажется, он сейчас смело подходил под описание "краснокожий". Воинствующий к тому же.
- Придурок! - мало соображая, что несет, Гастингс рывком поправил на плече ремень сумки и ловя сползающие по переносице очки, в очередной раз забыв, что у него линзы. Затем резко развернулся, опустив голову, и ломанулся прочь, на выход, по пути еще и грубо толкнув Пацци плечом. Сейчас, попробуй его кто останавливать - руки бы переломал, ей-богу!

Пулей вылетев из корпуса, Гастингс опомнился, только когда оказался на дальнем конце парка, куда из здравомыслящих студентов не забредал вообще никто, а из нездравомыслящих были они с Маликом, чтобы в тишине поковыряться в кодах и очень редко захаживали влюблённые, полюбоваться красотой  небольшой лужи, гордо именуемой прудом. Правда, голодные полчища комаров отлично отпугивали отсюда и первых и вторых летом, а прохладной осенью здесь мало кто бывал в принципе.
Забившись под стену полуразваленного лодочного сарая, Шон бросил сумку на доски рядом и уставился в воду невидящим взглядом, тщательно анализируя уместность и выполнимость идеи утопиться прямо здесь и сейчас. В голове была полнейшая каша, фоновые мысли метались, как одуревшие, и жгучее чувство стыда то и дело затапливало сознание. Причём стыд тоже был весьма разноплановый: теперь Шону было стыдно за свое поведение в подвале, стыдно за все, произошедшее в раздевалке, стыдно за свой побег (теперь-то точно Пацци с прихлебателями его никогда в покое не оставят и точно не поверят, что все это было случайность). А еще...
Ещё было непередаваемо, смертельно стыдно за то, что в какой-то момент близость Дэзмонда ему понравилась. Во всех смыслах: и что утешал, и что не бросил, и.. И поцелуй тот идиотский, который и поцелуем-то не был, но поди ж ты докажи кому. Особенно себе.
И, финальной точкой накатил стыд за то, что Шон бросил его, Дэзмонда, там одного наедине с насмешками и приставаниями Пацци. А ведь Дэз молча терпеть не будет. А вдруг они его там убьют?!

Вот так поток сознания и логических умозаключений от "ненавижу его!!" "убью!" "скотина!", через "утоплюсь, ей-богу!" привел к тому, что Гастингс подорвался, намереваясь бежать обратно и спасать не заслужившего бесславной смерти комбезовца от лап мерзкого борова и его друзей.

54

В себя Дэзмонд пришел в медицинском крыле на жесткой больничной койке.
Широкая хоть, уже хорошо, но жесткая, как зараза. Как на ней вообще спят?
В голове стоял непроглядный туман, Майлз с трудом соображал, как здесь оказался, последнее, что он помнил - голос Шона, в котором обида, недоумение и злость смешались в такую гремучую смесь, какой он еще никогда не видел.
Сирень на обоях, местами потертых, дружелюбно кивнула комбезовцу, и Дэз поспешил снова закрыть глаза. Здороваться с букетиками на стенах - это уже слишком, такое себе внезапное осложнение после сотрясения мозга.
О том, что сотрясать там уже нечего, он подозревал давно, но не думал, что брошенная жирным ублюдком Пацци, в общем-то не такая уж и страшная фраза, способна заставить его потерять голову и кинуться на обидчика.
Саму драку Дэзмонд помнил плохо. Из воспоминаний осталась только черная глухая ярость и непонятный страх. Так, ярость - это понятно. Этот тупой боров кого хочешь из себя выведет, а страх откуда? Совершенно точно Пацци он не боялся. Тогда откуда это странное чувство?
Очень неуютное чувство.
Дэз пошевелился, и в голове тут же взорвался настоящий праздничный фейерверк. Эээ, нет, нужно еще полежать, с такой головной болью он далеко не уйдет.
Неужели этот урод его вырубил? А, точно, вспомнил. Нет, не вырубил, куда ему. Один из его дружков подставил подножку, и Майлз отправился в волнующий полет вниз по лестнице. Вот о ступеньку, кажется, и шарахнулся.
Медленно ощупав себя, он убедился, что других серьезных повреждений нет. Костяшки пальцев были сбиты в кровь, но это не беда, а синяки, они еще после драки с Альтаиром не прошли.
А вот голова - это плохо.
Искренне надеясь, что Пацци сейчас еще гаже, чем ему, Дэз перевернулся на другой бок и не поверил своим глазам. Со второй койке двухместной палаты злобно косил единственным целым глазом его недавний партнер по лестнично-раздевалочному спарингу.
Единственной реакцией организма оказался трехэтажный мат, от которого даже у слыхавшего и не такие речевые обороты Пацци морда вытянулась, что у твоей снулой кобылы.

- Очнулся, герой-любовник? - злобно зыркнуло с соседней койки одноглазое чмо, и Дэз уверился в своем подозрении: мало он этому уроду вломил, ой, мало.
- Иди в жопу, - попытался отмахнуться Майлз, очень надеясь, что головная боль скоро пройдет, и он сможет слинять отсюда, пока не наломал дров.
- Не, в этом виде спорта вы с этим придурком очкастым профессионалы, куда мне.
- Заткнись, - рыкнул озверевший комбезовец, рывком садясь на кровати.
- А ты попробуй заткни.

Дэз попробовал. В больничной карточке Пацци появилась еще одна запись о сломанной носовой перегородке, а самому Майлзу было сделано весьма недвусмысленное предупреждение: еще раз - и вылетишь из университета к чертям собачьим.
Вылетать Дэз не хотел.
Единственный плюс - Пацци перевели из его палаты в другую, а к Майлзу, как особо опасному рецидивисту, решили никого не подселять.
Зато теперь его душа просто пела от счастья. Когда Пацци переселяли, он заметил у него на руке гипс (неужели это он сломал?), а на заплывшем глазу огромную повязку. Что уже говорить о посиневшей от разбитого носа роже. Нос порадовал Дэза больше всего.
Устав от разговоров и суеты, он прикрыл глаза и понял, что забыл позвонить Альтаиру.Телефон обнаружился тут же, на тумбочке, но звонить вдруг резко расхотелось. Что он скажет о причине драки? Отстаивал поруганную честь маликова друга, которую сам же и опорочил?
Тьфу, хрень какая в голову лезет.
Шон его теперь ненавидит, это однозначно. Почему-то вдруг от этой мысли заболело внутри.
"Надо бы поесть, уже желудок сводит. Вот как только тошнить перестанет..."
Он уже не помнил о том, что еще сутки назад мечтал, чтобы рыжий очкарик сам отстал  от него.

55

Он опоздал самым бездарным образом. Оказывается, самокопания на берегу лужи-пруда заняли больше времени, даже слишком много. Потому что когда он додумался до того единственного, что следовало предусмотреть в самом начале и рванул обратно, все уже практически кончилось.
Застыв в пороге спорткомплекса, Шон наблюдал, как проворно суетящиеся медики перекладывали на носилки Дэзмонда, а рядом паковали еще кого-то, кажется, Пацци. Несколько человек с увечьями разной степени тяжести выстроились рядком перед врачом, оценивающим необходимость переводить их на стационар.

И надо было, наверное, бежать туда, наплевав на всех, узнать, что случилось, как Дэз себя чувствует, добить Пацци, если тот еще не сдох, а судя по тому, что простынкой его не накрыли, пока боров был еще жив, а потом все время напролет сидеть рядом с комбезовцем, пока тот не поправится, но ноги словно прилипли к полу, и все что мог Шон - это хлопать ресницами, провожая удаляющихся врачей взглядом застывших глаз.
Он сам потом вспомнить не мог, отчего его так вымкнуло. Просто в какой-то момент от вида всех этих белых халатов, пятен крови и безвольно свисающей с носилок руки с саженными костяшками Гастингса накрыл полный ступор и даже мозг, и тот выключился. Точнее, вошел в самопроизвольный цикл на одной мысли "это все я виноват".

Очнулся он, когда его грубо толкнули плечом.
Мало-помалу слуха достигли слова, оказывается, мимо проходили дружки Пацци, вереницей потянувшиеся на выход.
- ..был нормальный же парень! - возмущался высокий, с подбитым глазом и простецким лицом верзила. - А как связался с этим, так стал..
- Ну да. От этих ботанов одни проблемы! Чё встал? Ждёшь, чтоб подвинули? Щас подвинем! - какое-то тело с разбитой губой угрожающе надвинулось было на Шона, но третий, опасливо покосившись назад, потянул его за локоть.
- Оставь ты этого.. от него одни проблемы.
- Ага. Больно надо. Руки марать. - Ещё один тычок плечом, и мозги программиста почти встали на место. Правда, кажется, каким-то не тем краем.
Шакалы Пацци уже давно ушли, и Шон, наконец, отклеился от пола, медленно направившись к себе.

Итак, дано. С Дэзмондом они общаются всего сутки. Сутки! И общение выходит прямо таки на диво продуктивным. О периодических стычках до вчерашнего разговора в пустой аудитории Шон уже не думал.
Вероятнее всего, он делает что-то не так. Иначе как пояснить то, что вместо того, чтобы отпугнуть Альтаира от Малика и показать Майлзу его место в африканской саванне, он сам уже чёрти сколько Аль-Саифа не видел, зато в связи с Дэзмондом уже успел прославиться на весь поток?!
Может, действительно стоит не лезть к старосте комбезовцев и всячески избегать любых контактов? Может, это как-то восстановит справедливость?
В том, что справедливость была самым жутким образом нарушена, Шон не сомневался. В конечном итоге, он сам виноват - дал сунуть себя в этот подвал, потом еще и прижался к Дэзу, как к родному.. ну и сбежал под конец. А комбезовец за свои старания получил путевку в лазарет.
Ужасно. Отвратительна и прощения ему, Шону, нет вообще.

Истязаясь самобичеванием и муками совести, Гастингс в кои-то веки умудрился даже прогулять дополнительное занятие, что было само по себе событием.

Жить без вестей из местного госпиталя было тяжко, но те вести, что доходили до зарывшегося в учёбу Шона были такими, что лучше бы и не знал. Пацци всем треплется, что они с Дэзом вместе, Дзз уже определен в одиночную палату, как особо агрессивный. Конечно, будешь тут агрессивным, когда тебя так мерзко подставили и еще и слухи ходят черти про что. Ощущая настоятельную потребность извиниться, Гастингс просто места себе не находил, но собраться с визитом в палату все никак не хватало сил.
Нет, он попытался сбегать проведать комбезовца раз, но, то ли медсестра ошиблась палатой, то ли просто судьба решила поприкалываться над впавшим в немилость программистом, только когда Шон со скорбью на  лице склонился над забинтованным, подобно мумии, страдальце, тот вдруг открыл злобный единственный глаз и оказался Вьери!. Дальнейшее можно не пересказывать.
Шон вылетел из медблока красный, с горящими ушами и в таком настроении, что перспектива утопиться в пруду вновь показалась заманчивой и невероятно привлекательной.

В общем, он решил дождаться, пока Дэза выпишут, тем более, с таким количеством травм, как у него, врачи решили упаковать старосту на пару лишних дней. Профилактически.

Отредактировано Shaun Hastings (2013-02-14 14:33:00)

56

- Фу ты ну ты. Не, ты прикинь. Захожу я в палату, а там Пацци. Я чуть там и не сел. - Альтаир ввалился, едва вспомнив про то, что надо прикрыть за собой дверь, шарахнул на тумбу у кровати пакет с апельсинами.
- Вот! Витамин це! Чтобы ты скорее поправлялся! - судя по оптимистичному, слишком громкому для одиночной палаты голосу, и настороженному взгляду, обращённому в сторону двери, концерт по заявкам только начинался и рассчитан был отнюдь не на страдающего друга.  - Ну как ты тут? - это уже было произнесено потише, Ла-Ахад устроился на краю кровати, хмурясь и рассматривая боевые раны соседа по комнате.
- Как только его выпишут, я его урою. Он у меня до конца обучения в медблоке просидит. Козёл. - К Пацци у Альтаира скопилось тоже счетов порядочно, а сейчас только дай повод - и ждать выписки не станет, сорвётся и в соседнюю палату побежит.
- Чего это вы с ним сцепились? Он мне что-то нёс про тебя и Гастингса, совсем, видать с головой  ему плохо. А круто ты его приложил, говорят, у него места живого нет. А то, что было живое, ты прям тут и подправил! - расплывшись в счастливой улыбке и уже забыв о кровожадных намерениях жестоко мстить, Альтаир хлопнул друга по бедру. А потом, оглянувшись на дверь, вытащил из-под белой безрукавки шелестящий пакет, пахнувший на всю палату жареным мясом.
- Вот, - яростно зашептал палестинец, пихая контрабанду под одеяло, - это тебе тётка Лукреция нажарила, там приличная еда. А апельсины потом Пацци можешь сбагрить. Пусть своими тремя оставшимися жует, - фыркнул Альтаир, отстраняясь и садясь так, чтоб от входа Дэзмонда не было видно.
- Рассказывай.

57

Ла-Ахад уже часа два, как свалил на тренировку, а на душе Дэза все еще скребли кошки. Противные такие, голодные. Кажется, в тумбочке лежит пакет с жаренным мясом.
Майлз сполз с кровати и вытащил контрабандное мясо. Пахло одуреть как, даром что все давно остыло, Лукреция готовила просто божественно. Дэз развернул бумажный пакет, сунул в него нос... и понял, что совершенно не хочет есть.
Альтаир задавал такие вопросы, ответить на которые он вот так запросто он не мог. Буркнул что-то про придурка рыжего, из-за которого у Пацци башню снесло, подвале, крысах и Вьери, которому давно пора к стоматологу.
Судя по вытянутой физиономии друга, тот ничего толком не понял, но переспрашивать поостерегся ввиду прочитанного в карточке диагноза. Майлз был странно неразговорчив и мрачен. Он был чертовски рад видеть друга, но прежде, чем начнет рыдать на плече Альтаира о поруганной ориентации, надо бы самому в себе разобраться.
А это оказалось ой как не просто.
Мысли о произошедшем не давали уснуть, но Дэз не чувствовал себя униженным или оскорбленным. Ему странным образом было абсолютно пофиг на мнение окружающих. Зато губы, кажется, до сих пор горят. Как он умудрился въехать рожей в щеку рыжего придурка? Мда, не совсем в щеку, и от этого становилось как-то совсем не по себе.
"Болезнь Альтаира заразна, - с ужасом подумал Майлз, зарываясь под одеяло с головой".

58

— Эй, Шон! — в третий раз окликнул Малик друга и пощёлкал у него перед носом пальцами. — Земля вызывает, приём!
Встряхнул одногруппника за плечо, привлекая, наконец, его внимание. Сказать, что Гастингс выглядел странно - преуменьшить. Таким Аль-Саиф друга еще не видел и потому встревожился. Возможно, отсутствующий вид и полная погружённость в невесёлые думы были как-то связаны с тем, что Малик услышал краем уха от подразукрашенных комбезовцев, но это ещё предстояло выяснить. Как и то, почему Майлз загремел в медпункт с сотрясением, и кого придётся ставить на общественно-полезный труд теперь. Судя по всему, махач в этот раз вышел знатный, хорошо бы действительно обойтись просто отработками. До исключения не дойдёт, но могут и выговор в личное дело занести.
— Что с тобой?
Малик сгрузил сумку с ноутбуком на землю и уселся рядом с Гастингсом на скамейку, пристально заглядывая ему в лицо.

59

Если бы еще он сам знал, что с ним. Ощущение чего-то непоправимого и ужасного, что совершил лично он в одно лицо, и из-за чего пострадали хорошие люди лежало на сердце тяжелым грузом. Подпитываемое угрызениями совести, ощущение росло и уплотнялось, обрастая новыми подробностями, щедро добавленными фантазией.
Безысходность и необратимость, казалось, выгрызли внутри большую дыру, в которую сливалась сосредоточенность и даже привычный сарказм.
На фоне этого всего беззаботные прогулки Малика с Альтаиром выглядели просто даром свыше. Аль-Саиф спокойный и рассудительный, не дает Альтаиру дров наломать и себя в обиду не дает. А вот Дэзмонд из-за него пострадал. Если бы не эта неуместная паника! Если б он тогда не вцепился в Майлза, как последний кретин.
- Слушай.. та драка, - начал он. - Это из-за меня все. Я повёл себя, как кретин, ну и Вьери опять же. Дэзмонд случайно рядом оказался, и ему прилетело за двоих. Он и меня тоже защитил. А я в стороне стоял, - странно, но, говоря о таких вещах он даже не покраснел, хотя обычно делал это легко и непринуждённо, злясь на эту свою способность и краснея сильнее. Сейчас же побледнел так, что все веснушки стали еще ярче.  - Ему и так досталось. Если надо на кого-то отработки.. давай мне. Мне не лишним будет физический труд. Когда-то он из обезьяны человека вроде как сделал. - Шутка получилась невесёлой, и Шон подорвался, хватая сумку, озарённый внезапной идеей.
Он это все заварил, ему и расхлёбывать. И начинать стоит не с последствий, а с причины.
С Пацци.
Из всех окружающих только он больше всего цеплялся к компании Альтаира и к нему, Шону. Но если с первыми это редко переходило в потасовки, ограничиваясь перепалками, доставлявшими обеим сторонам удовольствие, то к Шону у Вьери, определенно, возник особый интерес. И природу этого интереса стоило бы выяснить.
И желательно пока Пацци на больничной койке и не способен на активное сопротивление.

Перехватив вопросительный взгляд Малика, Шон даже сумел улыбнуться.
- Я тебе вечером все расскажу. С подробностями, за которыми вот прямо сейчас собираюсь отправиться. Так что давай, я после восьми буду, - и, махнув рукой, АВТишник сбежал от друга не менее ловко, чем тот сам скрывался от чрезмерно сияющего иногда Альтаира.

Перед тем, как войти в палату, в которой находился Пацци, Шон набрал в грудь побольше воздуха и несколько раз глубоко вздохнул.
Распахнул дверь и чуть не влетел в высокого, со ссадиной на скуле типа. Сегодня он был не первый посетитель.
- Опа. Рыжий. Вьер, ты глянь, кто тут притащился, - неласково схваченный за шкирку, Гастингс влетел в палату и чуть не рухнул на кровать пострадавшего.
- Очка-а-арик. - Ухмыльнулся Пацци. Выглядел он получше, на глазу белела нашлёпка, сильно похудел и единственный темный глаз лихорадочно блестел. - Проведать зашел? А где апельсины?
- Я потом зайду, - опустив голову, Шон уже жалел, что притащился именно сейчас, но Вьери, абсолютно неожиданно рыкнул на своих ребят.
- Что встали?! Видите, девочка стесняется! Пошли вон отсюда. - И похабно захихикал. Ответное гоготание удаляющихся пятикурсников еще какое-то время звучало в ушах программиста, опустившего голову и чувствовавшего, как медленно начинают краснеть кончики ушей.
Повисшее в палате молчание какое-то время прерывалось только стуком крови в ушах. Шон поднял голову и перехватил неожиданно внимательный и злой взгляд. И решился.
- Что тебе от меня нужно? - решительно спросил он, подходя ближе. - Чем я тебе не угодил? Тем, что рыжий? Или тем, что умнее? - очкарика понесло. Он вцепился в подушку у головы Вьери и склонился, впиваясь взглядом в осунувшееся лицо.

60

Услышав шорох, Дэзмонд мысленно выматерился и разлепил глаза. Походе, сегодня день посещений. Сначала Аль, теперь...стоп, а этот какого хрена тут делает?
- Пацци, - Майлз привстал на локте и устало вопросил то ли мироздание, то ли ночного гостя: - Иди на хер, а? Ты-то какого приперся? Тоже витамин це принес?
- Поговорить, - одноглазая скотина растерянно передернула плечами, и Дэз только сейчас заметил, что взгляд единственного не заплывшего Ока Сауронова вовсе не светится злобным ехидством, как обычно.
- Иди в жопу.
- Дэз...
Опа, по имени. Не иначе и правда поговорить пришел. Ладно, Майлз, детка, возьми себя в руки и будь радушным хозяином.
- Ладно, излагай. Только быстро, я спать хочу.
- Я тут, - Вьери замялся, и Дэзмонд с удивлением отметил, что впервые видит Пацци смущенным. - Я извиниться хотел. Ну, понимаешь, занесло.
Еще как занесло, Дэз вон сам в шоке, можно сказать. Перед защитой курсовой в медчасть загреметь, это вам не воробьям совать фигушки, за это и вылететь можно.
- А чего тогда хлебало раскрывал? - Майлз сел на кровати и с интересом уставился на скорбную рожу Вьери. Нет, вы только посмотрите, он и правда раскаивается. - Я к тебе лез? Не лез. И Гастингс тоже. Такие, как он вообще ... не лезут, они тихо сидят, если их не трогать. Понимаешь?
Пацци напряженно кивнул.
- Не понимаешь, - отчего-то стало тоскливо и неуютно. - Он не такой. Это хоть до тебя дошло? Тебе что, очки его поперек горла стали? Или то, что он тебя не боится? А он тебя не боится, до тебя это хоть дошло, придурок?
Еще один кивок.
- Ты не передо мной извиняться должен.
- Я перед ним уже, - тихо усмехнулся комбезовец и поправил повязку на глазу. - Извинился.
А вот это уже интересно. Когда это, а? Послал своих шакалов, чтоб притащили за шкирку, а потом бил челом о пол? Нет, так прощения не просят. И не врет, вроде. Неужели Шон сам к нему пришел?
"К нему, значит, эта кобра очкастая приползла, а ко мне?"
Почему-то стало обидно. Аж до слез обидно. Дэз бросил на "товарища по несчастью" ревнивый взгляд.
- Что у вас с ним? - Пацци на него не смотрел, но Майлз был готов поклясться, что тот чувствует себя неуверенно.
- Что значит "что"? - взвился он, не соображая, что после такой реакции уже, собственно, и отвечать ничего не нужно.
- Не кипятись. Я просто спросил, чего ты сразу психуешь? Нервный какой-то, знаешь, Дэз, с тобой иногда очень трудно разговаривать.
А вот это истинная правда. Ему последнее время и самому с собой трудно.
- Так что?
Дался ему этот рыжий очкарик.
- Не знаю, - неожиданно честно признался Дэз и уже громче добавил: - Не знаю я! Чего привязался?! Слушай ты это... мяса жареного хочешь? А то от этих апельсинов я скоро срать витамином це буду.
Внезапно он почувствовал такой голод, как будто только что самолично выдраил все раздевалки. Причем не раз и зубной щеткой.
Пацци несмело улыбнулся, хлопнул одногруппника по плечу и громко заржал.


Вы здесь » 99 дверей » Вселенная Assassin's Creed » Случай в университете - 4