http://99doors.at.ua/99_dis_old/oldstyle.css
http://99doors.at.ua/99_dis_neutral/newstyle_neutral.css
http://99doors.at.ua/Eclipse_d/style_white.css
http://99doors.at.ua/Eclipse_n/eclipse.css
http://99doors.at.ua/99_2014/99-2014.css
http://99doors.at.ua/99_2015/99_2015_vesna.css
http://99doors.at.ua/99_dis_ettnhm/ettenheim.css
http://99doors.at.ua/99_dis_fest/New_year_2013.css
Вверх страницы
Вниз страницы

99 дверей

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 99 дверей » Вселенная Assassin's Creed » Случай в университете - 3


Случай в университете - 3

Сообщений 1 страница 30 из 34

1

Фандом: третья часть Марлезонского балета "Assassin's Creed"   
Жанр: романс! слеш, стеб, неадекват, полет фантазии и несчастная любовь XD
Рейтинг: R
Пейринг: будет, когда профессор совратится XD
Пожелания к игре: пожалуй, приватная.
N.B.: Малик, Альтаир! мой мозг улетел в далекую даль - и все из-за вас! XD
Краткое описание временного промежутка: Несчастный Миланский политех. Эцио Аудиторе - одногруппник Альтаира и Дэзмонда, комбезовец четвертого курса, поступил туда исключительно по настоянию родителей. В душе романтичный бездельник и вообще вольный художник тонкой душевной организации последнее - оооочень глубоко в душе К четвертому году обучения смирился со своей нежеланной профессией. Однако, все изменилось, когда...

Начало игры (первый игровой отпост):
Эцио несчастным взглядом спаниеля буравил листочек с расписанием, а именно одну-единственную строчку. История искусств. Идти туда не хотелось совершенно, потому что он прекрасно знал, чем это закончится - либо у него снова начнется приступ продолжительных страданий из-за бесцельно прожитых лет на комбезе, либо он снова начнет спорить с преподавательницей, и она его в очередной раз выгонит и пошлет на отработку. Старая грымза, которая вот уже четыре года как уходит на пенсию и все никак не уйдет, умудрялась настолько занудно читать лекции даже по такому интересному предмету, что засыпал весь поток. Даже Эцио, который раньше всерьез увлекался культурой и искусством, впадал в подобие транса. Периодически он из него выходил, возмущался какой-нибудь неточности, ну или просто так возмущался, от скуки, и заваливал преподшу вопросами. Все это заканчивалось одинаково.
Правда, сейчас он уже многого не помнил из того, что изучал перед нереализованным поступлением на истфак, знания о том, как нужно спасать людей начисто вытеснили любимые истории о цивилизациях, культуре и искусстве.
- А может, я туда не пойду?
- Пойдешь! - Сильная рука Дэза сгробастала его за шиворот, стаскивая с показавшегося уютным и родным стула в столовой. - Еще немного, и она тебя к зачету не допустит. Пошли, может, выспишься там, в конце концов.

Аудитория мерно гудела в ожидании. Многие уже приняли удобные для сна позы, распластавшись по партам. Звонок уже прозвенел, но старой грымзы еще не было. Удивительное дело.

Отредактировано Ezio Auditore (2012-07-28 14:51:29)

2

Наконец, дверь распахнулась и в аудиторию заглянул молодой человек, больше похожий на студента. Брюки, рубашка - верхние пуговицы расстёгнуты, галстук отсутствует, легкий пиджак на плечах, пачка книг и тетрадей подмышкой. Светлые волосы хиповой длины забраны в хвост, длинную чёлку удерживает на макушке забавная заколка. Несколько растерянная, но все же какая-то радостная улыбка на губах.
- Это 4й курс факультета комплексной безопасности? - уточнил он, и разговоры в аудитории несколько притихли. - Прошу прощения за опоздание. Архитектура данного здания столь загадочна и удивительна, что, кажется, я буду еще долго к ней привыкать, -  незнакомец обезоруживающе улыбнулся, пробираясь к преподавательскому столу и сгружая на него свою поклажу.
- Всем добрый день. Меня зовут профессор Леонардо Да Винчи, и с сегодняшнего дня я буду заменять у вас пары по Истории Искусств. И, вероятнее всего, Культурологию. Сеньора Клаудия, к сожалению, приболела, - потрясающе, но, кажется, эта новость искренне огорчала парня, назвавшегося профессором Да Винчи, хотя казалось бы, именно благодаря этому он и получил тут работу. Наверняка же без году неделя, как сам окончил университет - совершенно молодое лицо, на котором, видимо с целью накинуть несколько лет, наличествует аккуратная бородка, с ролью своей совершенно не справляющаяся.

- К слову, об архитектуре. Это потрясающее здание, в котором мы имеем счастье находиться, является, можно сказать, памятником знаменитейшему событию объединения Италии в апреле тысяча восемьсот шестидесятого года, - профессор восторженно всплеснул руками, и аудитория притихла, с недоверчивостью рассматривая странного парня.
  - Вы же наверняка помните о смутах 1860 годов из курса истории, - Леонардо присел на стол, заинтересованно рассматривая студентов, - тогда на территории нынешней Италии претендовал сам Наполеон, но, к счастью, экспрессивные итальянцы, занятые попыткой соединить Северные и Центральные территории произвели на полководца неизгладимое впечатление!.. Видя все тогдашие движения, Наполеон III вынужден был отказаться от идеи конгресса и вновь вступить в переговоры с Кавуром. В марте 1860 года была достигнута франко-сардинская договоренность о передаче Ломбардии королю Сардинии и проведении плебисцитов в Центральной Италии, а также в Ницце и Савойе. Это было потрясающе!  В результате в апреле 1860 года основная часть Центральной и часть «австрийской» Северной Италии, вы же помните - Ломбардия! -  были присоединены к Сардинскому королевству, а Ницца и Савойя включены в состав Франции... А всего три года спустя началось строительство этих стен! Представьте себе, они видели Виктора Эммануила Второго! История вершилась прямо над этими камнями.. - он обвёл рукой помещение.

..Профессор Да Винчи не читал лекцию. Он рассказывал. Как любой человек делится подробностями прошедшего дня с друзьями, так Да Винчи рассказывал о событиях минувших лет, об истории Италии, об архитектуре.. И почему-то каждый, кто его слушал, чувствовал себя как минимум его другом.

Только по звонку Леонардо спохватился, что сегодняшнее занятие было совершенно не по теме.

- Ох. Спасибо вам за внимание, - новоиспеченный преподаватель обезоруживающе улыбнулся, несколько нервно поправляя заколку на макушке. - Я был бы благодарен, если бы один из вас остался и просветил меня по поводу пройденного вами материала и текущих тем..

3

Эцио проснулся не сразу. Успевший задремать в ожидании сеанса занудства, студент только что-то неразборчиво пробормотал, когда Дэзмонд без всякого почтения ко сну ближнего своего пнул его локтем под ребра. Альтаир внес свою лепту в побудку своего неродного близнеца, пнув его с другой стороны.
- Ну что еще? - раздраженно спросил итальянец.
- Смотри. Это что-то новенькое. - Друзья почти синхронно указали куда-то вниз. Сидели они всегда на галерке, поэтому пришлось даже перегнуться через парту, чтобы увидеть, что же там такого сверхинтересного случилось.
А случился у них всего-навсего новый преподаватель. Всего-навсего? Разве? Примечателен он был уже хотя бы своей внешностью - такой молодой для докторской степени, даже не верилось как-то. Лица с их места было особенно не разглядеть, но голос, вмиг заставивший замолчать всю аудиторию, был приятным, молодым и звонким.
Это было так непривычно. На кафедре комплексной безопасности практически не было молодых преподавателей, вследствие чего занятия проходили в стандартной форме, никакого отступления. На лекциях материал зачитывался строго по пунктам, на семинарах ответы проходили по этому же плану. С немногочисленными преподавателями с других кафедр им тоже не слишком везло. А тут такое.
Профессор Да Винчи ни разу за всю лекцию не посмотрел ни в записи, ни в учебники. Рассказывал так, словно сам был там - и на переговорах Наполеона III, и на подписании договоров о присоединении земель, и при строительстве этого университета, который тогда университетом совсем не был. Шутил, рассказывал забавные случаи, связанные с тем или иным моментом рассказа. Откровенно сожалел, рассказывая о нескольких войнах, так, словно и там был тоже. Не запрещал смеяться и задавать вопросы, хотя вопросов особенно и не было - все, даже те, кто был крайне далеко от истории и искусства, сидели с блаженными улыбками. Эцио же вообще чувствовал, что вот-вот растечется по столу от счастья.
Санта Мария! Преподаватель! Истории искусств! Потрясающе интересно рассказывающий то, с чем Аудиторе уже давно распрощался, лишь изредка со вздохом пролистывая попадающиеся по теме книги.
В то время, когда мальчики в детстве с уверенностью заявляли, что хотят быть космонавтами, маленький Эцио лелеял мечту быть искусствоведом. Была бы его воля, он бы жил в этих музеях, которых в Милане да и вообще в Италии немереное количество. Сам он рисовал весьма и весьма посредственно (но, если бы начал заниматься, несомненно результаты были бы достойными - задатки были, но отец, военный офицер был категорически против), зато сходу разбирался во всех стилях живописи и архитектуры, на раз отличал художников, не путал Моне и Мане, с легкостью запоминал даты и события. Когда встал вопрос о поступлении в университет, родители воспротивились искусствоведческому факультету, полагая, что эта профессия не для парня да и вообще денег не принесет. Отец вообще собирался запихнуть его в военное, но тут Эцио удалось отстоять свою свободу, и в качестве компромисса был выбран комбез. Признаться, попав в политех и уехав от родителей, он пару раз порывался перевестись, но родственники грозили кулаком из далекой Флоренции, и все эти устремления затухали на корню. Можно было взять измором и скандалам, но Эцио несмотря ни на что любил своих  стариков. А когда перевалил за второй курс так и вовсе смирился.
К концу пары Аудиторе был готов продаться профессору в интеллектуальное рабство.
Звонок, возвестивший о конце занятия, впервые в жизни был воспринят не как спасение, а как досадная помеха, причем всеми, но итальянцем особенно. Профессор попросил просветить его по поводу последних пройденных тем, но с этим произошла заминка. Кто б знал! Старой грымзе все сдавалось по старому студенческому принципу "не знал, но вспомнил!", какой там следить за темами. Впрочем, Эцио решил воспользоваться этим моментом в корыстных целях и буквально скатился по лестнице, замерев перед преподавателем и глядя на него сияющими глазами.
- Профессор Да Винчи.. - Дар речи изменил обычно болтливому флорентийцу, перед глазами еще разворачивались картины прошлого, талантливо нарисованные молодым преподавателем. Да Винчи и сам словно был молодым художником любимой Эцио эпохи Ренессанса - мягкие черты лица, светлые глаза и светлые волосы, взгляд, наполненный спокойствием и умиротворением, который, как выяснилось, отпускать совсем не хочется. Ему бы еще кисти и палитру в руки. Эцио кашлянул и продолжил. - у нас по плану период треченто. Мы только-только закончили начало Проторенессанса.
На самом деле эти темы они проходили в прошлом году, но Эцио знал, что вопросы по ним выносятся на экзамен и в этом году. Тем более, соблазн послушать про Данте , Каваллини и Бокаччо в исполнении профессора Да Винчи был слишком велик.
- Вы ведь придете к нам на следующую пару? - внезапная мысль, что Да Винчи всего лишь на замене, снова превратила Эцио в несчастного спаниеля, и он с надеждой воззрился на преподавателя.

преееет XD

4

Какой-то момент профессор молча изучал замершего перед ним студента, с тёплой улыбкой  удивляясь таким большим и просящим глазам.
- Полагаю, я буду заменять у вас определенные пары еще на протяжении около двух-трёх месяцев. Синьора Клаудия, увы, сломала ногу, упав с лестницы, какое несчастье, - Леонардо погрустнел, впрочем, ненадолго.
- Проторенессанс! Треченто! - всплеснув  руками преподаватель, просиял, тут же переключившись на то, что, по всему выходило, было для него не просто работой, но смыслом жизни. - Какой потрясающий период, огромнейший пласт в истории, когда именно здесь, в этой стране, возникли течения, изменившие весь мир!.. Тот самый период, который прославил и возвеличил Италию многими гениальнейшими деятелями!.. А какие божественные картины и произведения создавались тогда!  -  Тёплые руки опустились на плечи Эцио, чуть сжав их. - Благодарю вас, юноша. Что-то мне подсказывает, что вы не просто слегка увлекаетесь искусством и культурой, мм? Кстати, могу я узнать ваше имя?.. - Преподаватель проницательно посмотрел в глаза Аудиторе, лукаво щурясь и склоняя голову к плечу. В этот момент двери аудитории распахнулись, одновременно выпуская постепенно расползающихся студентов и впуская заведующую кафедрой Искусствоведения и Культурологии, синьору Дольчиану. Поговаривали, что это вовсе не ее настоящее имя, а псевдоним, и что она вообще достаточно эксцентричная женщина. В свои почти пятьдесят она отчаянно молодилась, не жалея косметики и денег, периодически кокетничала со студентами со старших курсов и ни на шаг не отходила от кафедры Физического воспитания, где, словно  осаждённые в последнем бастионе, скрывались от нее физруки и плавруки всех мастей.
Сейчас было видно, что синьора Дольчиана определила себе новую жертву, а профессор Леонардо уже успел  пару раз столкнуться с начальницей. По крайней мере по тому, как молодой Да Винчи шарахнулся со стола и предпринял странное движение, очень похожее на попытку спрятаться за широкой спиной Эцио.

- Профессор Да Винчи! - визгливый голос завкафедры разнёсся по аудитории, мгновенно выкуривая всех, кто еще пытался задержаться. - Вы нужны нам на собирающемся педсовете! Поспешите, перемены такие короткие, а я хотела бы еще обсудить предложенные вами модульный план занятий на полугодие... - автоматная очередь кокетливых взглядов грозила задеть рикошетом и попавшего под обстрел добровольца...

Отредактировано Leonardo da Vinci (2012-11-05 18:25:38)

5

- И вправду несчастье, - не совсем искренне повторил Эцио, окрыленный перспективой слушать молодого профессора до конца семестра. Не то чтобы он был рад проблемам со здоровьем сеньоры Клаудии, просто убежденно полагал, что ей давно пора на пенсию. Из счастливого ступора, в который он впал от этой новости, его вывел вопрос Да Винчи, и почему-то за спиной тут же выросли крылья какого-то нездорового размера. - Эцио Аудиторе, профессор. Признаться, когда-то я хотел...
Разродившегося откровением флорентийца прервало фееричное появление завкафа Искусствоведения и Культурологии. На самом деле, Эцио никогда не видел сеньору Дольчиану, благо, комбезовцы вообще редко контактировали с другими кафедрами, тем более гуманитарными. Но из-за своего увлечения он часто отирался среди искусствоведов, добрая часть которых была его знакомыми разной степени близости. От них-то он и знал об этом несчастье, свалившемся на несчастных культурологов. И сразу ее узнал, потому что слышал от студентов, что никто из преподавательниц, кроме сеньоры Дольчианы, не красится так, что к глазам хочется приложить медную монетку, чтобы синяки скорее посветлели.
Профессор Да Винчи как-то странно и резко изменился в лице и совершил неожиданный маневр. Пользуясь тем, что его руки по-прежнему лежали на плечах Эцио, преподаватель очень хитро его развернул лицом к надвигающейся опасности, сам же оказавшись не за спиной, но за плечом флорентийца точно.
Резкий визгливый голос сеньоры Дольчианы больно резанул по вискам. Никогда не жалующийся на отсутствие способности к импровизации, Аудиторе обернулся через плечо к Да Винчи и сделал уже традиционные большие глаза.
- Профессор, а как же наши дополнительные занятия?..
На самом деле он не был уверен, что профессор Леонардо оценит его попытку вывести его из-под обстрела. Может, не все так страшно, и завкаф действительно пришла позвать его на важный педсовет, а эти взгляды всего лишь нервный тик от тяжелой работы. Но понимание того, что у него из-под носа уведут единственного за долгое время человека, который знает слова "аллегория", "чиквеченто" и "маньеризм", наполнило душу Эцио такой паникой, что времени и сил на размышления не оставалось. Тем более, что лицо Да Винчи было весьма красноречивым.
И вообще! Отдать на растерзание этой размалеванной дамочке тонкого, стройного профессора, сразу ставшего для Аудиторе олицетворением эталоном мужской красоты эпохи Возрождения, казалось не то что невообразимым - преступным! Так что он без колебаний решил вытащить Да Винчи из наманикюренных когтей этой самки попугая вне зависимости от его желания.
- Прошу вас, не отказывайте мне.

6

- Ох.. - ну как можно сопротивляться этим невероятным глазам?  Да еще идущим дополнением к недюжинному интеллекту, который, как был убеждён профессор, скрыть невозможно. По крайней мере, случайно или умышленно, но Эцио только что занялся самоотверженным спасением одного скромного преподавателя истории искусств. И Леонардо не мог и не хотел сопротивляться таким благим намерениям.
Изобразив на лице страшные колебания  и сомнения, он слегка сжал плечи студента, все еще находящегося в его руках, таким образом незаметно выражая полное одобрение выбранной стратегии.

- Синьора Дольчиана, - из сожаления в голосе профессора Да Винчи можно было концентрат составлять. - Я уже пообещал этому милому юноше дополнительное занятие. Вы же понимаете, студенты прежде всего. Позже я просмотрю протокол педсовета. - Выбранной жертве завафедрой удалось так точно и метко скопировать взгляд спаниэля, что, удвоенный замершим рядом Эцио, он таки, видимо,  произвёл неизгладимое впечатление. Прижав руки к груди, Дольчиана заворковала что-то протестующее, потом посетовала на то, что профессор слишком много работает и совсем себя не бережет, но в конечном итоге, была доблестно нейтрализована в сторону выхода, бросив на прощание многообещающий взгляд на Эцио, вероятно, записанного в список врагов под первым номером и на Леонардо, который от такого внимания даже чуть спал с лица.

Когда, наконец, завкаф исчезла за дверной створкой, Леонардо опустил руки, собирая книги со стола.
- Эцио Аудиторе, так? - лукавая улыбка ясно давала понять, что профессор не оставил незамеченным ничего из произошедшего.  - Дополнительные занятия и правда столь необходимы? Мне кажется, вы сами могли бы дать пару уроков.. или я ошибаюсь? - он солнечно улыбнулся студенту, наконец собирая учебники и зажимая подмышкой.  - В любом случае, я хотел бы сказать.. спасибо.

7

- Ммм... - Эцио здорово подвис на лице преподавателя, с уходом завкафа снова озарившегося мягкой улыбкой. Способность складно говорить, которой он заслуженно гордился, второй раз за день ему отказала. - В смысле, пожалуйста. - студент немного помялся и добавил: - Вы бы были осторожнее, профессор. Сеньора Дольчиана очень... решительная дама.
Тот факт, что он стопроцентно нажил себе проблем с заведующей кафедрой Искусствоведения и Культурологии сколь не вызывала сомнений, столь и не волновала. Да какая разница? Главное, что все повернулось более чем удачно: профессор Да Винчи не сердится, а очень даже наоборот, перспектива дополнительных занятий изрядно греет (чуть ли не впервые за всю университетскую жизнь!), и вообще жизнь прекрасна и удивительна! А когда преподаватель назвал его по имени, крыльям за спиной могли позавидовать все ангелы небесные.
- Пожалуйста, профессор. - Темные глаза уже вернулись в свой нормальный размер, а голос прозвучал даже как-то почти серьезно. Эцио действительно понял, что просто обязан получить возможность ходить на дополнительные занятия именно к профессору Леонардо. Иначе будет конец, капут и полный финиш.
Странные мысли посещают порой истосковавшийся без любимых знаний мозг.
Прозвенел звонок, напоминая, что Эцио уже давно пора быть в другом корпусе. Но флорентиец не сдвинулся с места, прикипев взглядом к идеально-правильному лицу.
Почему-то молчание Да Винчи затягивалось, и Аудиторе запаниковал - а вдруг откажет? - и прибег к последнему средству.
- Я готов... - студент даже зажмурился на миг, словно при подписании собственного смертного приговора. - я готов даже выступать на конференциях по Вашему предмету. Если Вы сочтете меня достойным, конечно.
Конференции стояли первыми в списке самых нелюбимых вещей Аудиторе. Вот что-что, а наука была явно создана не для него. Все эти публикации, статьи, монографии вгоняли его в тоску. Один раз он загремел на какую-то конференцию на первом курсе, и ему этого хватило с головой.
Но для любого преподавателя всегда честь и почет быть научным руководителем у студента, и обычно они тащили несчастных подопечных в науку буквально силой и шантажом.
Хотя на самом деле, Эцио очень надеялся, что обойдется без этих крайних мер. Главное, чтобы была возможность видеть профессора почаще, чем раз в неделю. Можно прям пару-тройку раз. А лучше вообще каждый день.
Чтобы говорить об искусстве, естественно.

8

- Ну, у меня появилась достойная возможность держать оборону, - Леонардо лукаво подмигнул студенту, кажется, и впрямь собираясь пользоваться импровизированной отмазкой, чтобы и впредь спасаться от настойчивости синьоры завкафедры.

Склонив голову, Да Винчи внимательно рассматривал мнущегося Эцио, кажется, по достоинству оценив те жертвы, на которые собрался идти студент ради дополнительной информации по любимым темам. Что-то, а страсть к своему предмету профессор Да Винчи видел издалека, как пресловутый рыбак коллегу по цеху. И не мог не поддержать такие редкие и благородные интенции. 

- Что ж, - как и студент, Леонардо тоже стал серьёзен, внимательно рассматривая правильное лицо Аудиторе. - Я не могу и не хочу отказывать таким просьбам. И для меня будет большим удовольствием стать вашим куратором в интересующих вас вопросах. Оформите список тем, по которым вам необходима консультация и.. - тут он чуть нахмурился, озадаченно потерев лоб кончиками пальцев. - Мне еще не назначили время консультаций. График замен только сейчас составляют. Даты и время я вам, к сожалению, пока сообщить не смогу, но,  в любом случае, вы знаете, где меня искать, - профессор снова улыбнулся, касаясь плеча замершего студента, направляясь вместе с ним к двери.
- Я вас задерживаю, юноша. Звонок давно прозвенел, не хотелось бы стать причиной вашей неуспеваемости по другому предмету,  - лукавая улыбка вновь озарила лицо преподавателя, казалось, что улыбаться - для него нормальное состояние и любое своё настроение он может выразить именно так.

На самом деле было кое-что, что беспокоило Да Винчи куда больше перспективы наткнуться на Дольчиану в коридорах, и при мысли об этом, он даже чуть нахмурился, задумчиво закусив губу.
"Как найти жилье в Милане?.."

9

Хотелось тут же заверить профессора, что у него нет больше пар сегодня, он совершенно не опаздывает и вообще, он с радостью проводит преподавателя до кафедры и поможет ему донести учебники и тетради. Но Да Винчи направился к двери, а Эцио, как привязанный, пошел за ним, внимая его словам словно откровению свыше.- Да-да, я обязательно вас найду, профессор, - с ненормальной скоростью закивал студент, уже прикидывая, на сколько листов будет список этих тем. Помедлил и уже почти решился предложить преподавателю свою посильную помощь в доставке учебных материалов, как в кармане ожил мобильный. Сбивчиво пробормотав извинения, он принял вызов и тут же был был практически снесен раздавшимся из динамика воплем Дэза:
- Эцио, черт возьми, где тебя носит?! - вопль практически сразу же сменился драматическим шепотом. Видимо, друг звонил прямо с пары и немножко об этом забыл. - Он рвет и мечет. Сказал, что не видать аттестации тем, кто не сдал лабораторные. Так что, где бы ты не шлялся, тащи свою задницу сюда. Может, случится чудо, и он тебя хотя бы впустит.
С каждым словом одногруппника суровая реальность обрушивалась на Аудиторе со всей своей неотвратимостью. Как? Как можно идти слушать про мониторинг и прогнозирование ЧС после такого? А самым страшным, как выяснилось после секундного самокопания, была перспектива отпустить профессора, особенно после размытого "вы знаете, где меня искать". Понятно, что искать первым делом надо на кафедре, но вдруг его там не окажется? В этом случае Эцио решил преданно ждать под дверьми обители искусствоведов сколько бы не понадобилось.
- Спасибо вам большое, профессор! - горячо поблагодарил Аудиторе, порываясь чуть ли не обнять Да Винчи от счастья. Но, конечно, этого делать не стал, только уставился на него опять с каким-то странным выражением. Повторный звонок мобильного возвестил о трагичности судьбы флорентийца, если он не припустит во все лопатки и не явится на пару. Это все-таки заставило разомкнуть губы и, наконец, попрощаться. - До свидания.  Очень надеюсь на следующую встречу. - и комбезовец действительно рванулся с места на первой световой.

В следующие три дня он никак не мог выбраться, хотя список тем подготовил в тот же вечер. Как назло, именно в эту неделю начиналась промежуточная аттестация, и пришлось всеми правдами и неправдами добывать лабораторные и практики, защищать доклады и просто переписывать тонны конспектов. В конце концов, он-таки сбежал с отработки по средствам оповещения и явился под двери кафедры Искусствоведения и Культурологии. Лаборантка, не забыв стрельнуть в комбезовца глазами, сообщила, что профессор Да Винчи на паре, но она скоро закончится, можете подождать.
Твердо решив дождаться любимого преподавателя (а Да Винчи был записан в любимые преподаватели тоже в тот же вечер), он устроился на подоконнике. Недолго, надо признать, предавался он ожиданию, оно прервалось скоро и внезапно, но не так, как хотелось.
- Аудиторе! - Женский голос с почти истеричными нотками вернул флорентийца с небес на землю, где он уже предвкушал долгожданное занятие. Где-то он уже слышал этот голос. Ах да, Дольчиана. Надо же, и фамилию его знает. И откуда только?..
- Здравствуйте, сеньора Дольчиана. - Эцио нехотя слез, практически стек, с подоконника и уважительно склонил голову, левой пяткой уже начиная чувствовать какую-то лажу.
- Раз уж вы так удачно здесь оказались, вы же не откажете мне в помощи? - как-то нехорошо улыбнувшись, спросила завкаф, и Эцио мгновенно понял - вот она, страшная месть. - Необходимо отнести заказанные кафедрой книги по новому учебному курсу в библиотеку. - и контрольным в голову. - в главную библиотеку.
Флорентиец мысленно застонал. Общая библиотека была аж в другом корпусе, а количество ящиков, которые ему предстояло туда перенести, абсолютно не радовало.

10

внезапно на арене... 3 строки!

- О, я как раз хотел узнать, где у вас главный корпус, - профессор Да Винчи стоял на пороге, безоблачно и радостно улыбаясь. - А то сколько уже работаю, а там все не удосужился побывать! - И, не обращая внимания на загромыхавшую по полу челюсть синьоры завкафедры, Леонардо принялся закатывать рукава.
- Вдвоем мы мгновенно с этим управимся! И так будет намного быстрее и практичнее.
- Но.. вы.. как же.. модули.. - закудахтала молодящаяся красотка, явно не ожидавшая такого поворота событий. На ее красиво расписанном лице растерянность, злоба и досада мешалась со вполне искренним отчаянием и трагизмом.
- Просмотрю, как только мы с Эцио справимся c книгами, - с радостной улыбкой заверил ее Да Винчи, уже примериваясь к самому тяжелому ящику. - Что нам стоит дом построить, так? - и преподаватель весело подмигнул студенту.

Отредактировано Leonardo da Vinci (2012-07-29 23:42:12)

11

действительно внезапно!

Уже наклонившийся, чтобы взять ближайший ящик, Эцио поднял глаза на буквально сошедшее с небес создание - прямо-таки университетский вариант "Явления Христа народу". Уж что-что, а этого не ожидал никто, включая  приставучую сеньору. Эцио с трудом вернул глаза в обычный размер, увеличившийся было от удивления, и тут же прикипел взглядом к рукам профессора, обнажающимся по мере закатывания рукавов рубашки. Если уж к чему относился эпитет "Изящный", так это к этим рукам - тонкие запястья, длинные пальцы, плавная линия кисти. Почему-то вспомнилось "Сотворение Адама" Микеланджело - рука, почти коснувшаяся руки Бога.
С силой заморгав, чтобы вернуться все-таки в эту реальность, Эцио ради приличия пробормотал "небеспокойтесьясамвседонесу", но на самом деле был готов идти за Да Винчи навьюченным верблюдом хоть на край света. Да и чего греха таить, помощь была бы очень кстати, но заставить эти руки держать что-то тяжелее кисти казалось святотатством.
Профессор же, даже не подозревая о внутренних метаниях своего студента, легко поднял один из самых тяжелых ящиков и направился в сторону выхода. Аудиторе бросился за ним, чувствуя, что, кажется, в следующий раз к кафедре надо будет пробираться под покровом ночи и в маскировке.
- Теперь мы квиты, профессор. Сегодня вы меня спасли.

12

- Да что там, - Леонардо беспечно пожал плечами, все так же солнечно улыбаясь. - Я ведь действительно ни разу не был в главном библиотечном зале, стыд мне и позор, - негромко рассмеявшись, профессор притормозил, пропуская Эцио чуть вперед. - Поэтому, веди. А пока мы идём, можешь перечислить мне те темы, по которым тебе нужна моя консультация, ты ведь за этим пришёл, так? Честно говоря, я был уверен, что ты появишься раньше, - преподаватель балагурил, кажется, совершенно не замечая, какое впечатление его слова производят на студента. И, кажется, даже искренне взгрустнул, рассказывая о своих чаяниях на более раннюю встречу с Аудиторе.

На самом деле эти дни прошли более, чем насыщенно. Найти хорошее жилье в Милане, рядом с университетом, да задолго после начала учебного года оказалось просто невозможно. Помимо всего прочего, профессор искал не просто квартиру, а студию, чтобы иметь возможность рисовать в свободное время и конструировать разнообразные приятные мелочи - последнее являлось чем-то вроде хобби.
Также на протяжении этого времени приходилось весьма ловко избегать синьоры Дольчианы - у Леонардо выявилась ужасная аллергия на ее духи, а потому буквально после пяти минут сидения рядом на профессора нападал дикий чих, и он, ссылаясь на недомогание, ловко дезертировал прочь. Конечно  же, от сердобольной завкафедры поступило интригующее предложение пожить пока у нее, на что Да Винчи ответил вежливым отказом, буквально в тот же час договорившись с комендантом и получив в свое распоряжение комнатушку в общежитиях университета. Временно, разумеется.
Поиски достойного жилья продолжались, а эти три дня он уже успел быть несколько раз перепутан со студентом, особенно когда блуждал по коридорам общежития, пытаясь сориентироваться  в планировке. В итоге всех этих пертурбаций Леонардо успел обзавестись стройным костяком фанаток среди старшекурсниц и недоброжелателей среди старшекурсников, к слову, совершенно незаметно для виновника всех этих действ - иногда профессор обладал удивительным талантом витать в облаках и совершенно не замечать очевидного.

13

Мозг воспринимал информацию выборочно и строил какие-то невероятные ассоциативные цепочки. В частности, Эцио выхватил фразу "... я был уверен, что ты появишься раньше", и эти несколько слов вызвали в душе итальянца целую бурю эмоций. В нем смешались безумная надежда (неужто, ждал?), досада (чертова аттестация, так не вовремя!) и просто радость от того, что профессор в принципе помнит, кто он и зачем пришел.
- Увы, - со вздохом, в котором уместились все страдания еврейского народа, Эцио отвлекся от своего внутреннего урагана и трагическим голосом поведал. - На этой неделе у нас на факультете началась промежуточная аттестация. Пришлось обратить внимание на мою непосредственную специальность. - Аудиторе как-то невесело усмехнулся, но снова приободрился, приготовившись озвучивать любимые темы.

- ... в композиции отсутствует опора, она неустойчива, что подчеркивает напряженность и драматизм момента..
Начинать с любимого маньеризма и вообще эпохи Ренессанса, конечно, не стоило, потому что до следующих тем Эцио так и не добрался, впав в какие-то пространные размышления и субъективные оценки. На Да Винчи он поначалу старался не смотреть, потому как профессор постоянно улыбался, а это здорово сбивало с мысли. Но потом ничего, смог даже ответить на какой-то вопрос, глядя в глаза. Прогресс.
- Вот и пришли, - возвестил итальянец, плечом толкая массивную дверь в просторное помещение библиотеки. От разговоров про обожаемое Возрождение первоначальная неловкость, крайне несвойственная комбезовцу, спала, и он с улыбкой добавил: - По-моему, как-то быстро. Ящиков с книгами не хватит, чтобы я успел Вам рассказать и половину из любимых тем.

Отредактировано Ezio Auditore (2012-07-30 02:07:24)

14

- О, аттестация - это очень важно,  - кивнул Леонардо, внимательно слушая студента. Обсуждение "Снятия с креста" Джакопо Каруччи, великолепного произведения, положившего начало зарождению маньеризма и последующий переход  на анализ творчества Тициана, продолжившего возникающие традиции, помогло сократить путь ровно втрое.
На самом деле, Леонардо даже, кажется, дорогу не запомнил, и  из этого вытекало, что следует совершить еще пару ходок. Что, впрочем, профессора отнюдь не напрягало. Эцио Аудиторе оказался великолепно образован, начитан, он замечательно говорил, складно, красиво, в общем, профессор Да Винчи получал истинное наслаждение от общения. Он сразу располагался к тем, кому был хоть сколько-то интересен его предмет, а в данном случае готов был забрать студента  себе в дипломники прямо с 4го курса.

- Вижу, в списке любимых тем ты ориентируешься куда лучше меня, - обезоруживающе пожал плечами Да Винчи, сгружая на стол ящик в заботливые руки библиотекарей, сразу сообразивших, что к чему, но отчего-то не спешащих разбирать книги. - Честно говоря, я даже не совсем понимаю, какого рода дополнительная информация тебе требуется, хотя, конечно могу посоветовать несколько статей, в которых авторы излагают не совсем привычное нам видение периода Ринашимьенто.. Соглашаться с ними не обязательно, но как спорные тематики расценивать можно. - Профессор стянул заколку, длинная чёлка упала на глаза. Смешно фыркнув, он перезаколол растрепавшиеся волосы, вновь получив возможность чётко видеть собеседника.

- Кстати,  а ты хорошо ориентируешься в Милане? - внезапно озадачился Да Винчи, направляясь к выходу, все же, у них осталось еще несколько ящиков литературы.

15

Под пение небесных ангелов Эцио воспарил в небеса от подобной перспективы. Он действительно больше любил читать малоизвестные статьи, где излагались непривычные взгляды и трактовки известных работ. С ними можно соглашаться или не соглашаться, но узнать их в любом случае было интересно.
А еще он был уверен, что все давно забыл. Все-таки не вчера все учил. Ан нет! Впрочем, и не учил он ничего, просто глотал книги одну за другой, фантастически точно запоминая имена и даты с первого раза. Как выяснилось позднее, это умение распространялось только на искусствоведение, потому как еще ни один специальный предмет комбеза не давался ему так легко.

Как выяснилось, растрепанный профессор повергал итальянца в еще более глубокое зависание. Совершенно забыв о наставлениях матери о том, что так пялится на людей неприлично, тем более на старших, Эцио прикипел взглядом к Да Винчи, чуть ли не раскрыв рот. Благо, на этот раз его воспитания хватило.
Накатившая волна умиления пополам с восхищением осталась необъяснимой.
- Да, конечно, - ответил студент, вспомнив, что Да Винчи задал ему какой-то вопрос. Ах да, Милан. - Мы заучивали карты городов наизусть, и я сам за четыре года излазил Милан вдоль и поперек. А Вы не отсюда, да? Я думал, Вы перевелись к нам из Миланского гуманитарного института. Там сильный исторический факультет. - Слава богу, на этот раз он не заикался и вообще говорил довольно связно, хотя и с трудом. Впрочем, не с таким трудом, какой стоило приложить, чтобы оторвать взгляд от преподавателя. Однако, язык, работающий, как помело, был определенно быстрее мыслей, что повлекло за собой какие-то странные вопросы совершенно не по теме. - А сколько вам лет, профессор?

Отредактировано Ezio Auditore (2012-07-30 23:53:58)

16

Леонардо, наконец рассмотревший странные взгляды, бросаемые на него студентом, несколько смутился. Он помнил за собой привычку очень часто выходить за рамки, обрисованные унылым и ограниченным обществом, и что общество не всегда хорошо воспринимает подобные фортели. Однако сейчас он, вроде бы, не сделал ничего предосудительного, и даже не стал вслух восхищаться внешней необычной красотой Эцио, которая впечатлила его еще при первой встрече и которую он уже твёрдо решил запечатлеть на холсте.

Подумав, что, в принципе, ему могло и померещиться, все-таки Аудиторе, судя по всему, такая же увлекающаяся натура, как и он сам, Да Винчи несколько растерянно улыбнулся, откровенно признаваясь:
  - Я из Флоренции. Хотя учился и степень получал в Риме. А теперь нужно найти здесь квартиру, желательно поближе к университету, и.. кажется, у меня с этим проблемы, - он смущённо  потёр шею, все так же солнечно улыбаясь, что совершенно не соответствовало обрисованным им безрадостным перспективам отсутствия приличной жилплощади. Впрочем, следующий же вопрос заставил его несколько изумлённо вскинуть брови. Нет, он привык к тому, что окружающие недоверчиво относятся к такому молодому профессору, сильно подозревая, что, вероятно, он не пожалел денег на учёную степень.  Просто.. несколько не ожидал подобного от Эцио.
- Мне двадцать девять, - Да Винчи смущённо улыбнулся, - первый диплом я получил в девятнадцать, второй на год позже. - И чего его потянуло рассказывать об общеобразовательных подвигах?.. Положительно, этот почти ощутимо жгущий взгляд странно влиял на профессора искусствоведения.

17

На самом деле Эцио был далек от подобных мыслей и подозрений. Проведенное профессором занятие раз и навсегда доказало, что дипломы честно заслужены и не куплены, что Да Винчи может дать фору многим преподавателям по знанию своего предмета. Эцио вообще спрашивал про возраст без задней мысли. Вернее, с задней, но с другой.
Дико хотелось сказать "А давай на ты, сколько там у нас этой разницы?". Восемь лет всего-навсего, не так уж много. Может, поэтому Аудиторе так трудно говорить с профессором? В смысле, что он временами заикается, зависает и вообще ведет себя как-то странно. Да, наверное, поэтому. Да Винчи при желании мог сойти за студента, ровесника, а Эцио, который гиперобщительной натурой, имея в знакомых добрую половину политеха, очень быстро переходил с новыми людьми на ты, стирая какие-то условные границы и становясь ближе.
Стать ближе к профессору хотелось ненормально сильно.
На то, чтобы вовремя прикусить язык, хвала небесам, его воспитания и умственных способностей тоже хватило. Поэтому он обратил внимание на другую сторону вопроса о возрасте.
- Ого! - с легкой завистью протянул комбезовец. Хотя не сказать, что сильно удивился, узнав, во сколько Да Винчи стал дипломированным специалистом. Почему-то что-то подобное предполагал. - Вероятно, Вы занимаетесь этим с детства. - "Завидую". - Это здорово, когда есть такая возможность... - На этой фразе мозг вдруг включился, и Аудиторе понял, как мог воспринять его слова профессор. Карие глаза распахнулись, умоляюще глядя, и в них прямо-таки крупным шрифтом было написано, что ничего такого он не имел в виду. - Простите, профессор, я не сомневаюсь, что Вы... что... - Опять у него какие-то проблемы с речью? Еще немного, и, кажется, пора обращаться к логопеду. Аудиторе восполнил недостаток слов активной жестикуляцией и, наконец, закончил. - Я не сомневаюсь в Вас. Вы многих здесь заткнете за пояс. Серьезно.
Студент покаянно посопел, мысленно обещая себе сначала думать, а потом говорить, и понадеявшись, что он еще не все испортил, зацепился за название родного города.
- Так Вы из Флоренции? Надо же, я сам оттуда. - Комбезовец широко улыбнулся, чрезвычайно довольный, что у них выявилась еще одна общая черта, помимо любви к искусству. - А насчет Милана я Вас понимаю. Для съема жилья сейчас время самое неподходящее, все пригодные для обитания углы разобрали студенты в начале года. Где же Вы сейчас живете?..
За это время они уже вернулись на кафедру Искусствоведения, совершенно не заметив несоответствия сменившейся обстановки и подобных разговоров. Сеньора Дольчиана только хищно сузила глаза, прожигая студента взглядом.
- ... у меня друг работает в агентстве недвижимости. Я могу его попросить, он будет держать руку на пульсе, и если что подходящее подвернется, я вам обязательно скажу...

18

- О, Эцио! Я буду тебе бесконечно благодарен! - просиял профессор, подхватывая очередной ящик с книгами и ожидая, пока студент сделает то же самое, начисто игнорируя при этом изводившуюся завкафедрой. Однако что бы там ни было, Да Винчи прекрасно видел, как напряглась синьора Дольчиана при вопросе о жилье, и отвечать не торопился.
Подождал, пока они вышли за дверь и удалились от "обители Зла" (Леонардо никогда не думал, что помыслит подобное о кафедре Искусствоведения, кощунство-то какое!) на приличное расстояние. За это время он вспоминал выражение лица Эцио, когда тот принялся увещевать его в чистоте помыслов относительно вопросов о возрасте, и улыбался. Как приятно знать, что ты не ошибся в человеке, что его искренность и доброжелательность, направленные на тебя идут от чистого сердца!
Положительно, как натура весьма увлекающаяся, Леонардо ощущал, что интерес к Эцио Аудиторе возрастает прямо пропорционально проведённому вместе времени. И странно, как они не встретились ни разу во Флоренции?.. Не мог он не заметить такую выдающуюся.. личность.

- Сейчас мне удалось договорить с комендантом третьего корпуса общежитий. Он выделил мне небольшую комнату на втором этаже, кстати, это как раз там, где расселены ребята с твоего факультета! - Профессор радостно улыбнулся, словно бы соседство с мрачными комбезовцами было лучшим, что он только мог себе вообразить. - Они все - очень милые юноши! - торжественно провозгласил Да Винчи, начисто забыв и о недоброжелательных взглядах, и о тяжелом шепотке за спиной. Впрочем, он их и не видел.

19

Слишком поздно Эцио понял нецелесообразность подобных вопросов на территории кафедры, но слово уже сказано, и студент лишь поджал губы, с независимым видом проходя мимо замершей в предвкушении ответа женщины.
Даа, профессор Да Винчи явно обладает еще более нестандартным мышлением, чем Аудиторе подумал изначально. Назвать студентов комбеза милыми юношами не решалась даже гардеробщица, добрая сеньора Адриана, с бесконечным терпением и искренностью жалеющая всех "бедных деток" подряд. К тому же, факультет комплексной безопасности был, пожалуй, самым мужским, на технических специальностях, даже на том же программировании, строительстве, геологии девушек и то было больше. На комбезе же все немногочисленное женское население обитало на специальности "Психология чрезвычайных ситуаций", чья кафедра находилась в другом корпусе. Так что комбезовцы были лишены благотворного внимания противоположного пола, а потому были все как один мрачными, суровыми и не самыми интеллигентными.
Однако, итальянец не стал оспаривать мнение насчет обитателей общежития. Какой там думать о каких-то комбезовцах, когда выясняется, что профессор живет всего на три этажа ниже него!
- Оооо! - с непонятной интонацией протянул Эцио. Жаль, что они уже ушли с кафедры, можно было бы посмотреть расписание Да Винчи, чтобы знать, когда он возвращается с занятий. - Мы с вами практически соседи, профессор. Если вдруг что, обращайтесь, я помогу.
Если Да Винчи показалось под размытым "если вдруг что" сорванный кран или заклинивший замок - в этом бы, конечно, Эцио тоже помог, жизнь в общаге даром не проходит! - то флорентиец на самом деле имел в виду кое-что другое. Соседство с преподавателем, каким бы то ни было, не самая желаемая вещь для студентов. Решив, что профессор будет закладывать их коменданту, они могут устроить ему веселую жизнь, вплоть до "темной".
Эцио этого не хотел. Да и не верил, что Да Винчи станет наушничать о проделках студентов. Однако, сокурсники стопроцентно не поверят в чистоту помыслов преподавателя, так что переубедить их не представлялось возможным - иллюзий в этом отношении флорентиец не питал. Значит, надо просто быть почаще ближе к Да Винчи.
Чтоб защитить, разумеется.
Тем временем они уже дошли до библиотеки второй раз и сгрузили свою поклажу еще более недовольным библиотекарям. Оставалась последняя ходка, и Эцио даже как-то мимоходом подумал, что книг могло быть и побольше.

Отредактировано Ezio Auditore (2012-08-05 15:05:08)

20

Однозначно, синьорита Дольчиана уже не раз прокляла момент, когда отправила Эцио таскать книги. В момент третьего появления студента на кафедре она попыталась что-то забормотать про то, что дальше Аудиторе и сам справится, и что срочно нужно посмотреть какие-то модули, но Да Винчи ловко увернулся, вещая про то, что ему просто необходимо еще раз наведаться в основной корпус. Маневрируя и являя чудеса эквилибристики, студент и преподаватель покинули кафедру почти бегом, сгрудив все оставшиеся книги поверх коробок. Эцио досталась куча побольше, в итоге из-за высоты стопки он почти не видел дороги, отчего Леонардо предложил держаться ближе к нему и не спешить.

- Соседи? Это отлично! - с воодушевлением отреагировал преподаватель, и только потом спохватился, что, возможно, студент не так уж счастлив перспективой круглосуточного общения. - В плане, я буду знать к кому, если что, обращаться... - Он почти касался плечом плеча Эцио, то и дело предупреждая, чтобы Аудиторе не оступился. В этот момент кто-то ловко выхватил у профессора коробку. Донельзя мрачные студенты кафедры искусствоведения трагично оповестили, что их послала Дольчиана, чтобы они помогли "профессору Леонардо и его сопровождающему", а самого Да Винчи срочно СРОЧНО вызывают на кафедру.
Несколько растерянно моргнув, Леонардо солнечно улыбнулся, благодаря ребят за помощь и обернулся к Аудиторе.
- Благодарю за помощь и беседу, юноша. И надеюсь, мы еще встретимся, - весело подмигнув, профессор отвернулся, направляясь в сторону корпуса и гадая, что же там такое произошло.

...тем же вечером произошло первое столкновение профессора и студентов, правда, не совсем так, как виделось Эцио. Изрядно подвыпившая компания комбезовцев, отмечавших пятницу, спутала мирно читавшего на ходу книгу Леонардо со студентом с факультета Искусствоведения (вражеская дисциплина хлюпиков и ботанов!). К своему несчастью, именно в этот вечер Да Винчи решил побриться, и бородка, придававшая ему более взрослый вид, выручить его уже не могла.

- Эй, ты! - подбитая снизу книга не вылетела из рук, как надеялись пятикурсники, а осталась в длинных, ловких пальцах, зато чуть не ударила профессора по носу.
- Что читаем? - гогочущая толпа окружила Да Винчи, ненавязчиво зажимая его в угол. В это время Миланские улицы близ университета были пустынны.

21

То, что вечера стали неожиданно прохладными, Эцио понял, выйдя из здания бассейна с мокрыми волосами, от которых воротник наспех наброшенной рубашки тоже становился мокрым. Идти было недалеко, минут пять-семь максимум, и флорентиец наивно полагал, что за такое короткое время простыть невозможно. Пока, во всяком случае, ему везло.
В бассейн он ходил уже скорее по привычке, чем на серьезные тренировки. Проведя почти все детство и юность на соревнованиях различного масштаба, он собирался с окончанием школы завязать и с плаваньем - на комбезе и без того была солидная физподготовка, - но судьба свела его с Альтаиром, и пришлось вернуться, так никуда и не уйдя. И хоть мало кто мог составить ему достойную конкуренцию, поддерживать форму надо было, и Эцио стабильно три раза в неделю ходил на тренировки, давно ставшие каким-то личным медитативным средством.
Он был уже на подходе к общаге, когда услышал очень узнаваемый гогот, от которого автоматически заскрипели зубы. Этими гиенами могут быть только Вьери Пацци со своими прихлебателями - они никогда не против самоутвердиться за счет каких-нибудь зеленых перваков. Он был на год старше Эцио, но на мозгах это особо не сказалось.
Он был из Флоренции, так же как и Эцио, и их знакомство началось именно там, а не в универе. Они, можно сказать, выросли вместе, постоянно ругаясь, обзываясь и что-то деля. Именно благодаря Пацци Аудиторе щеголял теперь со шрамом на губе - в одной из драк ее рассек камень, метко брошенный рукой соперника.
Будь там кто-то другой, флорентиец не стал бы даже головы поворачивать - особым поборником справедливости он никогда не был. Но как пройти мимо, когда эта вечная заноза так и просит подправить ему нос? Эцио резко сменил направление движения и, даже не взглянув на объект приставаний Пацци, встал рядом и непримиримо сложил руки на груди.
- Давно зубы не собирал, Пацци? Вали отсюда, пока живой, - дипломатично начал итальянец, мысленно подсчитывая соперников. Четверо. Многовато будет, но не смертельно.
- С каких пор ты заделался покровителем хлюпиков? - спросил один из парней, пока Вьери буравил старого недруга уничижительным деморализующим взглядом.
- О да, в шлепанцах ты особенно суров, Аудиторе, - загоготал другой, и его раскатистый ржач подхватили остальные.
- Будь другом, подержи, пожалуйста... - Эцио протянул своему неожиданному подопечному сумку с вещами и чуть ее не выронил, когда разглядел, кого именно собрался так отважно защищать. - Профессор?..
Комбезовцы замерли, недоверчиво посматривая на обоих, но, кажется, безоговорочно верить в принадлежность этого ботана к преподавательскому составу не спешили.

Отредактировано Ezio Auditore (2013-01-11 20:58:52)

22

- Эцио! - радостно и дружелюбно улыбнулся профессор, так, словно они сейчас встретились в библиотеке, а не в толпе агрессивно настроенных подвыпивших пятикурсников. - Я бы не рекомендовал тебе ходить с мокрыми волосами, ты можешь простудиться. - Оказывается, от бдительного взгляда профессора Да Винчи ничто не могло укрыться и он тут же определил самое приоритетно важное на данный момент. А потом обвёл взглядом изрядно зависших комбезовцев.
- Кажется, ребята с твоего факультета заинтересовались литературой. Не могу не радоваться подобному энтузиазму, да еще и вечером в пятницу, когда другие студенты озабочены лишь праздностью и отдыхом. - Пожалуй, никто при виде сияющего улыбкой лица профессора не смог бы с уверенностью сказать, шутит тот, или говорит абсолютно серьёзно. Однако, если профессор и издевался, то это определённо был троллинг самого высокого уровня, недоступного пониманию Пацци и его товарищей.

На самом деле Леонардо попал в достаточно щекотливую ситуацию. Драться со студентами он себе позволить не мог, да и допустить драку, разумеется, тоже. А особенно, если в перспективе в ней собирается участвовать Эцио. Значит, следовало срочно придумывать что-то, что позволит выправить ситуацию в пользу присутствующего тут меньшинства.

- К слову, очень правильное решение! - энтузиазмом профессора можно было бы самолет заправить. Для кругосветного путешествия. - Потому что у меня в руках как раз новый учебник по истории Италии 13-17 веков! И именно здесь находятся ответы на некоторые экзаменационные вопросы. Потому изучение данной литературы я полагаю первостепенным для таких рассудительных и предусмотрительных юношей.  Ребята, я вам советую заглянуть в библиотеку, когда выдастся свободная минутка, но ни в коем случае не затягивать с этим, потому что учебников этого автора мало, и я боюсь, что их очень быстро разберут, вам может не хватить, - Леонардо нахмурился, а в голосе проскользнула нешуточная обеспокоенность будущим стоящих перед ним молодых людей, которое вот прямо сейчас буквально повисло на волоске!.. Он чуть склонился к отчаянно тормозящим комбезовцам, и доверительно сообщил:
- Но, если хотите, я замолвлю за вас словечко перед библиотекарем и попрошу придержать несколько экземпляров. Назовите-ка мне ваши имена, - Да Винчи решительно полез в сумку за блокнотом и ручкой и Пацци с дружками заметно занервничали.

23

Чтобы адекватно оценивать сложившуюся ситуацию, пришлось приложить недюжинные усилия. Потому что Эцио был готов прям сейчас падать перед профессором ниц - такой ментальной атаки и заморачивания мозгов он еще не видел и сам, увы, такого не умел. Да и куда там твердолобым пятикурсникам! Каждый из них, включая Пацци, уже забыл, с чего все началось, и в глазах уже плескался единственный растерянно-панический вопрос: "Кто все эти люди и что им от меня надо?". Аудиторе мог поклясться, что обработка информации у местных университетских гопников включилась, лишь когда профессор, сияя энтузиазмом, спросил их имена.
Будь Эцио на их месте (вообще-то, он никогда не был на их месте, но это к делу не относится), и спроси его Да Винчи с такой милейшей улыбкой, он бы с превеликим удовольствием сообщил свое имя, фамилию, номер телефона, дату рождения и паспортные данные, да еще зорко проследил бы, чтобы преподаватель все записал. Но увы, флорентийцу так не повезло.
- Ээ..? - крайнего верзилу аж перекосило от усиленной мысленной работы.
- Имена? - Пацци выдал более осмысленную фразу, но на этом тоже завис. Незадачливые агрессоры переглянулись.
Аудиторе вздохнул и, неуловимо легким и быстрым движением оказавшись за их спинами, решил подтолкнуть и к верному решению. Он коснулся рукава Вьери и доверительно зашептал, делая страшные глаза:
- Я, конечно, знал, что ты дебил, но чтоб настолько! Валите отсюда быстрее. Запишет ваши имена - и все, вы встряли по полной! - Соперника хватило на то, чтобы недоверчиво изогнуть бровь, но комментировать он пока это не стал. Эцио вздохнул. - Хвостов потом не оберешься. Говорю тебе - он настоящий зверь!
Они одновременно посмотрели на лучащегося дружелюбием профессора, в тот момент с неподдельным восторгом сообщавшего одному из прихлебателей Пацци, что у него очень необычная внешность - "... откуда вы родом? Ах, Египет, чудесная страна с такой богатой древней культурой! К слову, вы знаете, что египтяне первые придумали процедуру мумификации умерших посредством изъятия внутренностей? Потрясающий по своему символическому значению ритуал. Но вы мне так и не сказали своего имени..."
В маленьких глазках Пацци мгновенно разгорелся огонь священного ужаса, и он, умудрившись схватить за шиворот сразу всех своих дружков, дал деру, бросив на ходу "проститевдругучебниковнедостанется!". И так ежащегося после бассейна Эцио обдало нехилым сквозняком.
- Они Вам ничего не сделали, профессор? - Студент впился пытливым взглядом в лицо Да Винчи, который, казалось, даже разочарованно вздохнул от того, что ему не дали рассказать про занимательный египетский обряд. Аудиторе ухмыльнулся. - Ловко Вы их. Не удивлюсь, если они и вправду ломанулись в библиотеку.

Отредактировано Ezio Auditore (2013-01-11 21:51:07)

24

- Не успели, - обезоруживающе улыбнулся Да Винчи, с некоторым беспокойством, впрочем, рассматривая книгу. Как бы не повредили драгоценный учебник. - Они с твоего факультета? Кстати, спасибо, что подыграл, - лукавая улыбка осветила лицо преподавателя, когда он оторвался от изучения талмуда и вновь воззрился на спутника, - Мне кажется, мы отлично работаем в команде.

А ведь и правда. Сколько уже было таких случаев, и.. Эцио, словно мысли читает. Подхватывает с полуслова и продолжает именно так, как сделал бы сам Да Винчи! И все так удачно складывается.. Образ молодого человека, будто сошедшего с полотен обожаемых Леонардо художников окончательно засиял ореолом романтическо-героического света, и профессор опомнился только тогда, когда понял, что стоит рядом с Аудиторе и держит его за руку, с завороженным восхищением заглядывая в глаза.
Зная свою увлекающуюся натуру, и то, куда она может завести, если вовремя не обуздать неуместные восторги,  Леонардо несколько смутился, потерев чисто выбритый подбородок. Надо будет снова отпустить бородку, а то так недолго и самого себя со студентом перепутать, и оттуда уже наделать уйму разных глупостей.

Отступив на шаг, профессор заставил себя нахмуриться и со всей возможной строгостью произнёс.
-Но это не отменяет того, что вы стоите тут совсем мокрый, юноша. Так недолго подхватить простуду. А ну-ка быстро в общежитие и греться! Пожалуй.. прослежу -ка за этим лично, - лукавая искра в глазах начисто испортила все впечатление сурового преподавателя. Эх, не судьба ему, видно, быть извергом и зверем..

25

- П-пожалуйста. - Эцио запнулся, только интуитивно поняв, что его благодарят. Потому что слова профессора вдруг восприниматься совершенно перестали, звуки зажевало, как пленку на старом магнитофоне, а запястье обхватили тонкие прохладные пальцы. Наверное, для того, чтобы хватать его за руку, у Да Винчи была какая-то причина, благодарность, опять же, но по большому счету для студента это было совершенно неважно.
Итальянцы - люди эмоциональные и очень быстро преодолевают преграды, если собеседник им интересен. Отсюда активная жестикуляция, заполняющая собой пространства, и частые прикосновения и вторжение в личное пространство. И то, что для других фамильярность или переход на более личный уровень, для итальянца в пределах нормы.
Это и еще кое-что про особенности жестикуляции, вычитанное в статье в короткий период увлечения этнической антропологией, хаотично всплыло в мозгу Аудиторе, который в панике пытался найти объяснение своей реакции на невинное, в общем-то, касание. Но, естественно, причин этого не нашел, а в своих рассуждениях только запутался.
Потом Да Винчи отпустил его руку, и окружающий мир снова включился.
- Да тут же не холодно... - Комбезовец смущенно растрепал волосы и, решив ради разнообразия не впадать в ступор от желания преподавателя его проводить, хитро прищурив глаза, улыбнулся. - Тогда, может, вы не откажетесь от чашки чая?
Вообще-то это было не в привычках Эцио - на ночь глядя гонять чаи с профессорами, но отказывать в своих желаниях он не привык. А сейчас ему очень, очень хотелось провести время с Да Винчи. Может быть, если он его исполнит,его отпустит?..

- Вы бы осторожнее ходили здесь вечерами, профессор, - сказал студент, когда они подходили к общежитию. - У нас народ такой, сначала бьет чужаков, потом выясняет, кого - это в лучшем случае. А мне бы не хотелось, чтобы с вами случилось что-то подобное. Мало кто знает, кто вы, но все видят, что вы не отсюда.

26

- Неужели про мне это так заметно? - несколько растерянно, но все с той же неизменной улыбкой на губах поинтересовался профессор, в очередной раз засмотревшись на компанию комбезовцев, показавшихся ему примечательными и чуть не прохлопав нужный поворот.
- Что ж, я буду внимательнее. Сеять беспокойство не входит в мои планы. Впрочем, беспокоиться и не нужно, мой мальчик, если что, я вполне смогу за себя постоять, - безоблачно улыбнулся Да Винчи, чудом разминаясь со стайкой пятикурсников, вылетевших навстречу. Последние несколько изумленно проводили глазами Леонардо, но, углядев рядом Эцио, предпочли удержать комментарии при себе. В конечном итоге в комнату Аудиторе оба попали без приключений. Тут только преподаватель соизволил вспомнить о приличиях и несколько смущенно упомянул про то, что он с визитом ненадолго и вообще уже уходит.
Уходить получилось до первой же книжной полки, ибо как только Да Винчи рассмотрел собрание литературы, глаза его загорелись огнем отпетого книгомана и комментатора.
- Юноша, это все ваше?  И как вы находите произведения Стругацких? - вкогтившись в крайнюю книгу с благоговением монаха, получившего на руки скрижаль, Да Винчи принялся листать творение классиков, видимо, припоминая, как сам зачитывался подобным, а также унылые годы, когда абсолютно не с кем было обсудить потрясающую детализацию придуманных миров и кажущуюся  простоту языка, производящую в итоге столь сильное впечатление.

27

- Оооо... - с непонятной интонацией протянул Эцио, выглянув из кухонного закутка, где он пытался из подручных средств смастерить званный ужин. Ну, или хотя бы чаепитие. - Профессор, вы ступаете на опасную тропу, задавая мне такие вопросы, - шутливо предупредил итальянец, что, впрочем, шуткой было лишь наполовину. О книгах он мог говорить бесконечно: анализировать персонажей, погружаться в иные миры, пытаться предугадывать сюжет. Особенной слабостью был жанр фантастики, причем разных направлений. Он зачитывался ироничным Асприным так же взахлеб, как проглотил все книги Стругацких, авторов, не самых легких для восприятия.
- Когда-то я хотел выучить русский только для того, чтобы прочесть их в оригинале. - Одной емкой фразой Аудиторе обозначил свое отношение к советским классикам фантастики, страясь не задумываться о текущей ситуации: профессор Леонардо здесь, у него в комнате! Переживает, как бы Эцио не простудился, расспрашивает о книгах, улыбается.. а у Аудиторе кроме чая и банки варенья под кроватью один только мышиный труп в холодильнике.
- С меня должок, золотце, - прошептал флорентиец, когда, с безнадежностью открыв холодильник, обнаружил не только труп, но и заботливо завернутый в фольгу фирменный мамин пирог и джентельменский набор для бутербродов: сыр, колбасу, масло и даже тушеную овощную икру. Клаудия, как всегда, оказалась ниспослана ему небесами.
- Пожалуйста, профессор. - Эцио суетился, как прилежная домохозяйка, звеня чашками и расставляя тарелки. Сам он питался чем придется, да и чаще в университетской столовой, нежели у себя, поэтому из еды у него были мамино варенье, сухари и стратегические запасы кофе. На самый крайний случай всегда оставался вариант поклянчить еду у соседей - Дэз, тот еще запасливый хомяк, отсутствием аппетита не страдал, потому всегда мог поделиться.
- Я рад, что вы все-таки решили зайти.

28

- О, Эцио, - преподаватель даже растерялся от такого изобилия, а предательское урчание живота напомнило, что вот уже несколько дней Леонардо преступно пренебрегал элементарными правилами питания, перекусывая на ходу, а то и вообще обходясь стаканом воды. Что поделать, профессору, в силу определенных обстоятельств, очень хотелось зацепиться в этом университете, следовательно, приходилось всеми силами доказывать свою бесценность и незаменимость. В оставшееся время Да Винчи читал то, до чего могли достать руки, а также общался с теми студентами с родной кафедры, кто завидел в преподавателе блестящую перспективу сдачи экзамена по профилирующему автоматом.
- Это же целый пир!
Наверняка всего этого провианта хватило бы Аудиторе на несколько дней, а кроме того было бы преступлением лишать столь бесценный мозг должной подпитки глюкозой. Поэтому Леонардо решил, что он только пригубит чай, да, пожалуй, совсем чуть-чуть надломит того прекрасного пирога.. и один бутерброд..
Профессор расстегнул пуговицы на манжетах и принялся изящно подкатывать рукава, чтобы в порыве скромности не влезть ими в чашку.
- Ты очень гостеприимен, - улыбнулся собеседнику флорентиец, опускаясь за стол, но, вместо того, чтобы взяться за чашку отчего-то опустил руку на лежащую на столе ладонь Эцио, накрывая ее длинными пальцами.
"Ах, какие глаза! Какие скулы, и нос.. и этот шрам его совершенно не портит, наоборот, придает губам некую манящую загадку!.. Это как печать времени на древних фресках, которая отнюдь не уменьшает ценность, но лишь подчеркивает уникальность!"

29

-  Профессор, после того, как вы меня спасли от гнева сеньоры Дольчианы... - начал было оправдательную речь Эцио, но быстро застопорился. Убедился, что прохладная ладонь на пальцах ему не кажется, и зажевал слова как старый магнитофон - пленку. Разом накатило ощущение нереальности происходящего, как в тот единственный раз, когда он попробовал покурить травку в юности. Только в сотни раз сильнее. И непонятно, от чего кружилась голова сильнее - от тонкой, словно вылепленной талантливым скульптуром руки или внимательного изучающего взгляда профессора. И самое страшное, он даже не представлял, что в этой ситуации делать.
В присутствии этого человека Эцио терял самого себя, привычного балагура и всеобщего любимца. Это пугало и манило неизвестностью одновременно.
- Профессор.. - Аудиторе открыл было рот, но не имел представления, что сейчас скажет. Повисшая пауза начинала ощутимо давить на плечи. Студент беспомощно пошарил взглядом по столу, сам не понимая, почему не убирает руку, и выпалил с отчаянием, с которым тонущий хватается за соломинку. - Чай.. остынет.
С этим всем надо что-то делать.

30

- Ах да, чай! Разумеется! Вы очень предусмотрительны, юноша!  - всплеснул руками Да Винчи, совершенно естественно выныривая из своих грез, в которых ему слаженным дуэтом аккомпанировали Микеланджело, Тициан и Ботичелли.
С "ты" на "вы" он сбивался, совершенно того не замечая, но, вероятно, чаще все же напоминая себе, что он профессор и что впечатление стоит производить благоприятное, если он хочет здесь остаться.
Леонардо послушно прибрал чашку, невозмутимо сдувая в сторону ярлычок от пакетика и пригубил с таким искренним удовольствием, словно прил божественную амброзию, ниспосланную свыше. Как в его руках оказался бутерброд - Да Винчи, пожалуй, сам затруднился бы объяснить, однако этому факту также искренне обрадовался.
- Все очень вкусно! - в перерывах, между поглощением предложенного с чисто студенческой скоростью, восхищался профессор, действительно искренне радуясь, что ему встретился такой восхитительный студент, одаренный, помимо впечатляющей тонкие натуры внешности, еще и потрясающим острым умом, проницательностью и невероятной тягой к тому же, к чему тяготел сам Леонардо. Возможно, это была Судьба! Это был знак свыше, что Леонардо стоит задержаться здесь и попробовать все же возродить, хотя бы факультативами, лекции и практики по живописи.


Вы здесь » 99 дверей » Вселенная Assassin's Creed » Случай в университете - 3