http://99doors.at.ua/99_dis_old/oldstyle.css
http://99doors.at.ua/99_dis_neutral/newstyle_neutral.css
http://99doors.at.ua/Eclipse_d/style_white.css
http://99doors.at.ua/Eclipse_n/eclipse.css
http://99doors.at.ua/99_2014/99-2014.css
http://99doors.at.ua/99_2015/99_2015_vesna.css
http://99doors.at.ua/99_dis_ettnhm/ettenheim.css
http://99doors.at.ua/99_dis_fest/New_year_2013.css
Вверх страницы
Вниз страницы

99 дверей

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 99 дверей » World of Warcraft » World of Warcraft: Необходимая уловка


World of Warcraft: Необходимая уловка

Сообщений 1 страница 30 из 33

1

Фандом: World of Warcraft: Wrath of the Lich King
Жанр: квест, приключения
Рейтинг: не выше R, хотя вряд ли вообще будет больше PG-13)
Основной/желаемый пейринг (если есть): --
Пожелания к игре: изначально рассчитано на двоих, но если вас страшно попрёт, и появятся какие-то интересные идеи, можно написать мне в ЛС)
Пожелания к игрокам: грамотно, с сюжетом, матчастью и инициативой.
N.B.(заметка от себя): Как мы все знаем, в игровом мире есть свои ограничения. Здесь же хочется абстрагироваться от них и сделать так, чтобы мир был живым, и персонажи тоже. Поэтому мы нарушаем некоторые правила.) За основу взят квест, а уж как получится с ним справиться - будет видно.
Краткое описание временного промежутка: всё то, что должно было случиться - уже случилось. Иллидан сидит в Чёрном храме и ждёт разгневанного Кил'джедена, Артас - на Нордсколе, Кель'тас - на террасе Магистров. Впрочем это не значит, что они не могут перемещаться по миру.
Начало игры (первый игровой отпост):

Над руинами Карабора на восходящих потоках воздуха парил дракон. Ящер сделал несколько кругов над террасами, а потом свернул в сторону, по направлению к горам, обступавшим Чёрный храм с трех сторон. Дракон приземлился на пустой горной вершине, крепко ухватившись лапами за темный зеленоватый камень. Эльф, удобно сидящий на его загривке, задумчиво прикидывал, с какой стороны сподручнее выполнять задание, нежданно-негаданно свалившееся сегодня утром.
Фальк вздохнул: похоже, надо было слушать наставника и обойти столицу Запределья стороной. Подумаешь, передохнул бы в Даларане, делов-то. Тем более, что глаза василисков для Адирии могли полежать еще немного, чай до завтра не испортились бы. Ну или передать можно было, благо курьеру далеко топать не надо, в портал и - оп! - уже Шаттрат. Но нет, хотел, понимаете ли, с хранителем мудрости что-то обсудить, а что - уже сейчас и не вспомнит. Там-то, на пороге библиотеки, и наткнулся на Датриса. А этот гад белобрысый возьми да каркни: а не пошёл бы ты, паладин, нафиг в Долину Призрачной Луны, там очень не хватает твоих талантов.
Син'дорай скрипнул зубами с досады. Пушечного мяса им не хватает, а не талантов! Гениальнейший план, что ни говори: освободить пленённого демона только чтобы армию Иллидана слегка потрепать. Фалькора сильно сомневался, что кто-нибудь из  Святилища звёзд рискнул посмотреть, что здесь происходит, хотя бы с воздуха.
Эх, тоска... не планировал он так рано помирать, но долг зовёт, а гордость не позволяет отступить даже от заведомо невыполнимого задания. Да и чтоб найти кого-то стоящего потребуется слишком много времени, которого, по мнению всех остальных, нет.
Эльф упрямо стиснул зубы, не глядя ухватил книгу с заклинаниями и открыл её сперва на печатях, потом на аурах. Дракон недовольно завертел головой, а когда на него тоже снизошло благословение королей даже попытался сбросить седока. Пришлось на него рыкнуть, чтоб не нервничал и вообще летел вперёд. План был прост, как всё гениальное: десантироваться на террасу, перебить всех чернокнижников, которые удерживают Азалота, и сделать ноги.

Отредактировано Фалькора (2010-09-09 22:52:27)

2

Крупно ошибаются те, кто до сих пор верен убеждениям, что жрецы это миролюбивые священнослужители, прославленные крепостью веры любители церемонных челобитий и заунывных песнопений. Им попросту не осталось места в мире, где духовность ценится и вполовину не так высоко, как искусство войны, а жреческий посох уже давно превратился в оружие. Таким крестовым навершием только череп ненавистному ордынцу проламывать. За Свет. А за что же ещё?
Кирешу в последнее время всё чаще посещали философские мысли о правильности собственного выбора, о предназначении и прочей чепухе. Неужели быть священником то же самое, что быть наёмником? И если нет, то почему она здесь оказалась? И давно ли проламывать вражеские черепа вошло в привычку? За Свет.
Хотя как раз от Света молодая дренейка была куда как дальше, нежели многие из её врагов. Каждый боролся по-своему: воины, паладины, шаманы, маги, — и духовенство не желало оставаться в стороне. Наиболее отчаянные сражались во имя Света, но обращаться предпочитали всё же к тёмным искусствам, не стесняясь осквернять своё праведное житие заклинаниями, от одних лишь названий которых даже у самых отъявленных лиходеев немедленно пересыхало во рту. Вера верой, но жить тоже хочется.
Таких, как Киреша, называли тёмными жрецами. И встреча с данными представителями клира не сулила противнику ничего хорошего. Впрочем, даже несмотря на это, веры дренейка не утратила. Это обстоятельство удивляло, и Кира втайне благодарила Наару за то, что перенесённые испытания не сломили её.
У девушки сохранился юный задор, она производила более жизнерадостное впечатление, чем большинство молодых женщин её возраста, но вместе с тем иллюзий у Киреши осталось меньше, чем у прочих. Именно таким дано великое умение овладевать умами верующих, направлять их мысли и поступки, вдохновлять на подвиги и привносить в безрадостную юдоль бесценные крупицы благословенного тепла и света.

Кобальтовый дракон Крыльев Пустоты Ониксиэн под седлом жрицы вёл себя спокойно, почти по-хозяйски. И немудрено, ведь Долина Призрачной Луны была ему домом родным. Крупный, с изящным изгибом длинной шеи, массивными хищными челюстями и крепкой носатой мордой, этот зверь очень живо напоминал акулу. Тонкие крылья совершали мерные тихие взмахи, по спине то и дело пробегали фиолетовые молнии, рыбий хвост покачивался из стороны в сторону. Зависший в воздухе отпрыск Смертокрыла — зрелище столь же завораживающие, сколь и ужасающее. Однако сейчас рассмотреть его не представлялось возможным. Едва лишь террасы показались на горизонте, Киреша вместе с Ониксиэном погрузились в Облик Тьмы, сделавший обоих полупрозрачными, почти незаметными. И теперь только отблески сгорающих в едкой атмосфере метеоров, проносящихся над горами на горизонте, изредка расцвечивали ядовитой зеленью контуры дракона и его всадницы.
Около часа назад у Алтаря Шат'ар Киру подозвала дренейка из Алдоров, представилась Онаалой. Уже тогда жрица понимала, что перерыв на обед отменяется. Долг зовёт! Руины Карабора, над которыми сейчас парил Ониксиэн, Иллидан  избрал в качестве тренировочной площадки для своих охотников на демонов, и этому, разумеется, нужно было положить конец. Онаала столь красноречиво описывала зверства опального демона, напоминала о чести и долге и сулила безграничную признательность Алдоров, что Киреша поняла: денег не дадут. Ну что ж? Тяжела и неказиста жизнь героя-одиночки.
Дракон сделал над руинами почётный круг и бесшумно опустился на полуразрушенную стену подальше от кишащих внизу прислужников Иллидана. Девушка ловко спешилась, держась за луки седла, и присела на корточки, кажется, оставшись незамеченной.

Отредактировано Киреша (2010-09-11 17:39:48)

3

Всё шло гладко до тех пор, пока паладина не заметили. Это, конечно, случилось позже, чем могло бы, но было так же неизбежно, как восход солнца. В такие моменты Фальк всерьёз завидовал даже магам. Пусть чародеи в силу немощности могли носить только укрепленную тканевую броню, но природная изворотливость и, что самое главное, мощная магия, позволявшая действовать с расстояния около сорока метров, давали им сто очков преимущества. В поединки с магами эльф старался не вступать. Пока был молодой и глупый ещё старался как-то дёргаться, но обычно не успевал даже добежать до поганца. Так что в борьбе с магами пришлось сменить тактику и подбираться на расстояние удара окольными путями.
Послушный и верный Азур зашел максимально низко над террасой и, только он оказался над зачарованным знаком, крепко связавшим Азалота, паладин спрыгнул, удачно приземлившись на чернокнижника. Убить заклинателей до того, как охотники на демонов и их ученики успеют добежать, а потом постараться остаться в живых... обычно такое удавалось только верным воинам света. Паладинская наглость часто обескураживала уверенных и сильных противников, просто не ожидавших таких идиотских выходок в свою сторону, а паладинская живучесть (и щит, конечно же, верный божественный щит) позволяли остаться в живых даже если для этого приходилось позо... то есть тактически отступать.
Слова заклинаний слетали с губ словно сами собой. Отработанные за долгие годы до автоматизма в идеальной последовательности. Сначала вокруг эльфа вспыхнул и стёк на землю небесный огонь - на освящённой земле всегда было проще сражаться. Стоявший ближе всех колдун получил зачарованным клинком в зубы, а тот, что оказался подальше - поймал темечком молот правосудия, несущий в себе энергию печати.
Двое из шести, третий пока сбит с толку. Азалот заволновался, чуя, как слабнут путы, и попробовал уничтожить остальных заклинателей, но его огромный меч прошёл сквозь эльфов, не причинив им вреда. Фалькора метнулся к колдунам, что стояли напротив, и, оказавшись рядом, на несколько мгновений очутился в центре бури. Потоки света в ней ясно сложились в несколько секир, ранивших чернокнижников, словно материальные. Теперь уже пришёл черед подоспевших охотников, оттеснявших син'дорай от края платформы, отрезая единственный более или менее реальный путь к отступлению.
Мельком Фальк видел, что демон стал материальнее, но по-прежнему не мог развернуться на полную мощь. Похоже, заколдованный круг, выжженный на каменных плитах, держал его достаточно крепко, чтобы он не доставлял особых хлопот. Азалот оглушительно ревел, размахивал хвостом и топал всеми шестью ногами, но на большее в данную минуту был не способен. "Придётся идти на второй заход", - понял эльф, снова укрывая землю под ногами покровом света.
Паладин сосредоточился на врагах, твёрдо намереваясь от всех окруживших отмахаться. Не сказать, чтобы отправлять в последний путь к Свету своих же соплеменников было очень радостно, но... они сами выбрали свой путь, последовав за Кель'Тасом сюда и оставшись верными Иллидану. Не переубеждать же их теперь, тем более, когда их наставники здесь же. Убьют и весь сказ.
Кстати об убийстве... когда успел спуститься с верхней платформы Варедис?.. Или его там и не было? Самый сильный из присутствующих на террасе охотников, его появление сводило шансы на удачное отступление к нулю.
Син'дорай не слишком удивился, когда один из пылающих клинков-полумесяцев отбил его оружие (да так, что болью прострелило до плеч), а второй после хитрого манёвра вонзился острым рогом в спину, ненадолго показавшись из груди. "Как будто на мне нет доспеха", - упрямо стараясь поднять оружие, подумал паладин. Следующий удар едва не лишил целостности ключицу, боль заставила мир померкнуть. Когда же зрение вернулось, сквозь прорезь шлема Фалькора разглядел только плиту да чьи-то башмаки. Что-то острое снова прошло насквозь и без того уже повреждённое тело, вызвав лишь неопределенный хрип.
Охотник отдал какие-то распоряжения насчет подземелий: то ли в клетку поместить, то ли ещё куда, син'дорай так и не понял. Меркнущий перед глазами мир взвился, кажется, в недра Чёрного храма он поедет на плече ручного демона чернокнижников. Жаль только, оценить убранство укрытия Иллидана уже не удастся.
Нежно-зелёный свет глаз, мерцавших под забралом, быстро сходил на нет, пока окончательно не погас.

4

Только лишь в голове жрицы начала зарождаться мало-мальски разумная стратегия, как над террасами прокатился рёв Азалота, а вскоре удушающий ветер долины донёс до слуха девушки звон клинков и грохот боевой магии. Киреша вскинула голову: у ног порабощённого демона разгорелась нешуточная битва. Взметнувшийся золотой вихрь, в котором мелькнули призрачные секиры, не оставлял сомнений в том, кто именно оказался в центре событий, а безрассудность поступка и самоубийственная наглость, с которой был исполнен сей нехитрый манёвр, подразумевавший свалиться в самую гущу врагов, лишь подтверждали догадку. Паладин. Без вариантов.
Киреша туго собрала молочно-белые волосы в высокий конский хвост и закрепила костяной заколкой, чтобы не мешались в бою. Пользуясь переполохом и справедливо полагая, что прихвостни Иллидана заняты другим гостем, дренейка быстро спустилась по стене, ловко цепляясь за щербины, спрыгнула, преодолев последние пару метров до земли, и задрала голову вверх.
— В воздух! Поднимайся в воздух! — одними губами скомандовала дракону Киреша и взмахнула руками. Ониксиэн расправил крылья и легко взмыл в небеса, вскоре скрывшись из виду в густой темноте. Его хозяйка пробормотала под нос несколько коротких молитв, окутавших её хрупкое тело потоками мощной охранной магии. Первая прибавила жизненных сил, вторая укрепила боевой дух, третья защитила от тёмной магии, а последняя многократно усилила броню, и теперь длинное тяжёлое платье девушки едва ли уступало по крепости латному доспеху воина Света.
Соблюдая всяческую осторожность и укрываясь за полуобрушенными стенами, дренейка мелкими перебежками приближалась к зачарованному знаку, где развернулась битва. Она не могла и не желала оставаться в стороне. Врождённый инстинкт подсказывал: защищать и оберегать. Любой ценой. А безрассудному паладину в компании озверевших от такой наглости кровавых эльфов сейчас приходилось ох как несладко! И только бы подобраться метров на пятьдесят, чтобы храбрец попал в радиус действия её заклинаний. Ловкий паладин при поддержке сильного жреца был практически несокрушим. «Держись, парень!»
И вдруг что-то изменилось. Буйствующая вокруг паладина толпа почтительно расступилась, бесцеремонно переступая через трупы поверженных соратников и давая развернуться высокому блондину с пылающими парными клинками. Широкоплечий, поджарый кровавый эльф, в каждом его жесте безошибочно читалось – лидер.
Киреша замерла, вдохнула, позабыв выдохнуть – паладин рухнул на каменные плиты террасы, а вожак охотников хладнокровно прикончил его контрольный ударом зазубренного лезвия в грудь.
Опоздала.
Один из ручных демонов небрежно взвалил заключённое в доспехи тело храбреца на плечо и вразвалку направился к Чёрному храму. Убийца ещё отдавал охотникам какие-то распоряжения, кивая в сторону поверженного, однако жрица уже знала наверняка: паладин мёртв.
Из груди девушки вырвался беззвучный стон, она присела на покосившуюся каменную плиту, тяжело привалилась спиной к стене, единственно отделявшей её от площадки, где держали скованным Азалота, и закрыла лицо ладонями. Она снова и снова прокручивала в голове произошедшее, не уставая размышлять, где она могла ошибиться, и был ли у неё хотя бы призрачный шанс успеть на помощь безымянному паладину. Она ведь даже не узнала, кто он. Слишком изящный для дренея и слишком высокий для дворфа, покойный, скорее всего, был человеком. А какие анекдоты травили его собраться в тавернах Штормграда, на какие откровенные комплименты решались, пропустив кружечку-другую дворфийского портера…!  Киреша улыбнулась, но на глаза упрямо навернулись слёзы.
«Нет, он будет жить! Соберись!» — клирик остервенело потёрла лицо и осторожно выглянула из своего укрытия. Трупы кровавых эльфов оттащили с площадки и небрежно складировали в угол. Даже Орда никогда не поступает с телами павших столь пренебрежительно, но здесь, кажется, действовали иные законы, и Кира не удивилась бы, узнав, что вскоре их скормят сквернопламенным деметродонам, которых в этой местности водилось предостаточно. Охотники на демонов и изрядно потрёпанные чернокнижники немного расслабились и разбрелись по своим позициям. Однако, даже учитывая яростную атаку паладина, изрядно проредившую ряды слуг Иллидана, о том, чтобы вступать с оставшимися в открытый бой, и речи быть не могло. Хотя бы потому, что у Киреши, в отличие от безвременно отдавшего концы воителя, мозги и инстинкт самосохранения пребывали в бодром рабочем состоянии. Тем более, что разведку боем покойный паладин уже провел. Теперь нужно было разузнать, куда негодяи дели тело человека и подобраться к нему, а для этого стоило бы отвлечь охотников. Облик Тьмы – вещь, безусловно, полезная, но даже в нём попадаться на глаза врагу строго не рекомендуется, и у жрицы на этот случай имелся запасной план.
Она поднялась, прошептала несколько слов заклинания призыва, и тут же у ног девушки с тихим хищным ворчанием заклубилась тьма. Мгновение спустя из её недр вырвалось отвратительное слепое чудовище с чёрной шкурой, ободранным красным гребнем и длинными кривыми клыками. Исчадие Тьмы, повинуясь приказу жрицы, стремительно бросилось на кровавых эльфов. Это потустороннее существо невозможно было убить, только лишь изгнать туда, откуда оно было призвано. Пользуясь паникой, вновь охватившей иллиданских прихвостней, девушка выскочила из своего укрытия и кинулась к лестнице, по которой уволокли погибшего паладина. Судя по мучительным крикам раненых эльфов, оставшихся далеко за спиной, Исчадие Тьмы сегодня явно было не в настроении.
Когда Киреша оказалась на верхней террасе, слух жрицы резануло восклицание на талассийском. Не сбавляя скорости, девушка обернулась через плечо: Исчадие Тьмы исчезло, зато над солдатами Иллидана угрожающе парила хищная тень. Это Ониксиэн решил выиграть для хозяйки время. Эльфы что-то кричали, указывали в небо, стреляли из луков. Азалот попытался рассечь кружащую перед его мордой назойливую тварь своим исполинским клеймором, но так и не смог причинить дракону вреда. «Молодец, Оникс!» — Киреша сжала руки в кулаки и… слепо ударилась обо что-то горячее и твёрдое. На поверку это оказалась татуированная грудь Варедиса. И прежде, чем дренейка успела пискнуть «Ой!», эльф грубо скрутил девушку и зажал ей рот широкой ладонью.
Немая жрица беспомощнее котёнка. В отчаянии Киреша несколько раз пыталась лягнуть наглеца копытом, но эти попытки не привели ни к чему, кроме того, что взбешённый поведением пленницы охотник приставил к её горлу горячее лезвие одного из парных клинков с доходчивой угрозой разлучить жреческую голову с телом.
У неё отобрали посох, сорвали с пояса магически жезл, но в одном Кире всё-таки повезло: её швырнули в каземат, где в углу в луже тёмной крови обнаружилось бездыханное тело паладина.
Несколько секунд девушка приходила в себя, тихая, но усердная молитва заставила синяки и ссадины исчезнуть, утолила боль и дала Киреше возможность почувствовать себя лучше, чем когда-либо. Потом жрица перевела взгляд со своих ладоней на труп. Его бросили как попало, кажется, заботясь об удобстве безымянного героя ещё меньше, чем о погибших соратниках. Сердце болезненно сжалось в груди дренейки, она приблизилась к мужчине и, присев на корточки, с трудом приподняла его за плечи и аккуратно положила голову паладина к себе на колени. Шлем поддался не сразу, чтобы снять его с мёртвого и при этом не сломать несчастному шею, требовалось попотеть, но Киреша хотела увидеть лицо человека. Наконец, от шлема удалось избавиться. Несколько секунд жрица вглядывалась в черты воина Света в тусклом зеленоватом свете и не верила своим глазам. Ордынец. Нет, не так… Ордынец, чёрт побери! Типичный эльф крови.
За всё это время у Киры даже мысли не возникло о том, что её неистовым героем окажется злейший враг. Да и какие из ордынцев паладины? Да с таким рожами ни в один приличный храм не пустят! Хотя эльфы крови резко отличались от своих соседей по фракции, будучи дальними родственниками ночных эльфов из Альянса.
И всё-таки факт остался фактом, Киреше до боли захотелось спихнуть с колен безвольную голову ордынца и попросить отдельную камеру. Она уже имела весьма печальный опыт столкновений с вражескими паладинами. Они были быстрыми, жестокими, беспощадными.
Ордынский выродок, — презрительно фыркнула девушка. Син’дорай, как и следовало ожидать, не ответил, оставаясь холодным и неподвижным.
«…Нет. Не могу». Она не знала причин его поступка, но помнила, как самоотверженно сражался паладин с прислужниками Иллидана. Это покоряло. Такое бесстрашие не должно уйти в небытие, а такая молодая жизнь не может окончиться в этой грязной тюрьме среди осквернённых обломков Дренора.
И не окончится, — жрица решительно поджала губы и опустила узкую ладонь на лоб мёртвого паладина, мягко, почти ласково убрала с побледневшего, но всё ещё мужественного лица тёмные пряди взмокших от пота и сырости волос. Киреша сделала глубокий вдох, расправила плечи и принялась нараспев читать молитву Воскрешения. Этот благословенный дар не отняло у неё даже посвящение в тёмную магию. Каземат заполнило ослепительное золотое сияние...

Отредактировано Киреша (2010-09-11 17:42:58)

5

Когда сияние рассеялось,  паладин рвано вдохнул, перекатился на бок и приподнялся на локте, закашлявшись и отплёвываясь кровью. Чувствовал он себя препаршивейшим образом: голова безбожно кружилась, в груди поселилась режущая боль, а невероятная слабость не давала оторвать бренное тело от земли и хотя бы сесть. Кашель ещё этот... о том, чтобы немного поколдовать не могло быть и речи, тем более, что сил на это почти не было.
Эльф ненадолго затих, уткнувшись лбом в пол. Он старался дышать осторожно, выигрывая у собственного тела время и стараясь собрать разбегающиеся мысли в одну кучу. Для постоянно норовящего ускользнуть сознания задача оказалась практически непосильной, но один вывод син'дорай для себя всё-таки сделал: рядом кто-то из союзников. Иначе объяснить свои мучения сейчас было невозможно, он точно помнил, что оба удара Варедиса были вполне смертельными.
На этом пришлось прекращать думать, потому что кашель вернулся и снова запустил острые когти в лёгкие, предварительно насыпав в горло песка. Так и обратно на тот свет уйти недолго. Пришлось срочно вспомнить про козырь, обычно спрятанный в рукаве на самый крайний случай. С третьей попытки Фальку удалось произнести короткое слово, активирующее скрытый где-то на магическом уровне резерв, благодаря которому можно было в кратчайшие сроки исцелить раны и вернуть силы жить дальше. На паладина снизошёл мягкий свет, быстро истаявший в полумраке темницы, словно впитавшись в поврежденное тело.
Спустя полминуты уже можно было нормально дышать, ещё полминуты - и голова стала ясной. Душа, порывавшаяся отлететь в лучший мир, оказалась снова накрепко привязана к этому.
Теперь эльф смог сесть и посмотреть на наверняка паскудно ухмыляющуюся рожу союзника, который наверняка получил откровенное удовольствие, наблюдая за воскрешённым син'дорай. Тут уж ничего не поделаешь, отношения с Ордой у эльфов крови были весьма натянутыми. Иногда Фалькора даже задавался вопросом, как их еще не выперли из этого союза.
К его полному изумлению перед ним сидела девушка Альянса. Дренейка. Одна из расы рогатых парнокопытных, которые угнали их Экзодар! Фалькора быстро оглянулся, но нет, больше никого рядом не было. Эльф нахмурился, стягивая с руки перчатку и стирая с губ и подбородка кровь, раздумывая, спрашивать сначала о причинах или о целях.
- С какого перепугу ты это сделала? - невежливо поинтересовался син'дорай на хромающем всеобщем, на котором говорил весь Альянс, справедливо рассудив, что иначе диалога не получится.

Отредактировано Фалькора (2010-09-12 17:56:10)

6

Полная луна зависла в пустых беззвездных небесах… белая и безжизненная, как высохший череп, с большими темными кратерами слепых глазниц. Ее непоколебимый тусклый свет равномерно падал на искалеченную запретной магией чернокнижников землю, из которой кое-где, словно гной из наболевшей язвы, струилась ядовито-зеленая магма.
В пределах пресловутого Черного Храма, такие неизменчивые безрадостные пейзажи, при должном желании, можно было наблюдать целыми неделями, ато и долгими месяцами напролет.
По узенькой при парадной дорожке, щедро окропленной седым пеплом, принесенным ветрами аж с крутого подножия «Руки Гул`Дана», горделиво задрав голову,  увенчанную двумя  длинными изогнутыми рогами, с умеренной скоростью шагал демон. 
С виду – более менее типичный представитель загадочной расы так называемых «Повелителей Ужаса»… бледная кожа, высокий рост, элегантный хвост-маятник… ну, совершенно ничего особенного, словом. 
Поступь его была грубоватой и тяжелой, но в то же время, большие раздвоенные копыта заменяющие ему ступни, соприкасались с холодной каменной поверхностью вышеописанной дороги необычайно мягко… практически беззвучно. Походка несла в себе ярко выраженный деловой характер.
Данный индивидуум явно куда-то спешил. Судя по виднеющемуся вдалеке замысловатому изгибу лестницы, ведущей в самое сердце «Оплота Запределья», он скорее всего стремился поскорее попасть в здешнюю темницу.
Пышная дворцовая архитектура постепенно сменялась смрадом темниц… сильно запыленных и  чертовски отвратных на вид. Складывалось впечатление, будто бы архитекторы, несколько веков назад возводившие данную постройку, брали за прототип арестантских комнатушек ни что иное, как мрачные усыпальницы погибших во время третьей войны аристократов.
- Интересно, кого мне навязали на сей раз?
Глухим шепотом поинтересовался демон то ли у вездесущей пустоты, то ли у самого себя, и с жутким скрипом отворив прочную стальную решетку одного из крайних казиматов, застыл на входе, тщательно оценивая происходящую ситуацию.
- Надо же…
На холодном полу ютился моложавый эльф крови… точнее сказать паладин, изрядно потрепанный в неравной схватке с озлобленными войсками Иллидана. Его латные доспехи резко бросались в глаза благодаря порядочной «прорехе» аккурат в области груди. Видимо, злосчастное оружие вошло в прочную броню воина света на удивление легко… как десертный нож в свежеиспеченный бисквитный торт.
Рядом с ним обреталась на скидку неплохо владеющая магией синекожая красотка… дренейка, то бишь. В отличии от своего «товарища по несчастью», она практически не пострадала. Разве только марально.
- Итак… Выходец из Пылающего Легиона решительно ступил внутрь помещения, плотно прижав мощные перепончатые крылья к спине, дабы не занимать и без того скудноватое пространство.
- … я Сильфиус… а вы… отныне вы оба моя собственность…

Отредактировано Cильфиус Жестокий (2010-09-14 15:04:16)

7

Обычно после актов воскрешения (да, молодой син'дорай был далеко не первым из обязанных жрице жизнью) Кира всегда чувствовала слабость и невероятный душевный подъём, ведь девушка всю себя вкладывала в сие благое дело, чтобы не просто заставить сердце биться вновь, а кровь горячо струиться в похолодевших жилах, но вернуть на законное место безвременно утраченную душу, тот самый 21 грамм, заменить который не в силах все сокровища Азерота. Но сейчас, к своему удивлению, дренейка не ощутила ничего, кроме лёгкой усталости, опустошённости и липкой эльфийской крови на затянутых в тонкие перчатки руках.
И всё же Киреша солгала бы, сказав, что жалеет. Каждый имеет право на второй шанс, даже если он кровавый эльф. Минутой позже, когда благоговейное созерцание исцелившегося паладина было самым грубейшим образом прервано его же неосторожной репликой, жрица положила себе в самое ближайшее пересмотреть свои убеждения по этому поводу. Воскрешённый субъект второго шанса явно не заслуживал и едва-едва тянул на первый.
Большое дренейское пожалуйста! — язвительно отозвалась оскорблённая Киреша, хмуря тонкие брови и брезгливо вытирая ладони друг о друга. Голос у девушки оказался приятным слуху, глубоким, мягко вибрирующим, с едва слышимой хрипотцой. Её всеобщий был хорош, но лёгкий экзотический акцент подчёркивал, что родным он для дренейки никогда не был.
Оклемалась, сестрёнка? Расчёску-то не забыл? Надеюсь, это было выражение твоего искреннего изумления и горячей благодарности. А будешь выпендриваться, верну туда, откуда взяла, за мной не заржавеет, — сухо предупредила она и отвернулась. Кажется, к каземату пленников кто-то приближался…
Кто сказал, что женщины Альянса должны отличаться исключительно добрым, покладистым нравом и прочими моральными добродетелями? На деле это такой же миф, как и наивное миролюбие духовенства.
Однако отчасти её дерзкие фразы всё же были бравадой. Паладин полностью исцелился, восстановил силы и теперь снова был готов ко всему, как сосиска после пяти минут варки. А вот девушка ощущала груз усталости, и пожелай ордынец отплатить ей за всё хорошее быстрой смертью, Киреша ни за что не решилась утверждать, что сможет «отказаться» от этой платы.
Дренейка не ошиблась: вскоре в тёмном проёме показался высокий, необычайно массивный рогатый силуэт. «Демон. Приехали. Надеюсь, но к нам не с гастрономическим интересом». Но, судя по фразе, брошенной незваным гостем, Кира ошиблась. Впрочем, эти новости тоже не вызвали у пленницы бурного восторга. Она инстинктивно напряглась и машинально потянулась за спину за посохом, но ладонь ухватила только тухлый воздух темницы.

Отредактировано Киреша (2010-09-15 01:40:58)

8

У него крайне мерзкий характер, так что если вдруг что, не обижайтесь. Это не со зла.)

Дренейка, как и ожидалось, страшно возмутилась его чёрной неблагодарностью. Син'дорай же только фыркнул: сама воскресила, сама и терпи теперь, раз уж заперты в одной клетке. Правда, оставаться тут долго Фалькора не собирался вовсе. Найти бы замок, а отмычка имеется. Рассудив, что торопиться некуда, и молча проглотив шпильку про расчёску, эльф стянул вторую перчатку и скрутил растрепавшиеся волосы в тугой жгут, который заправил за шиворот, не забыв перехватить густой хвост тонким кожаным ремешком. Однако бодро зреющему плану побега не дано было осуществиться. В камеру удивительно тихо вошел огромный демон.
И заявил на пленников право собственности.
Но эта новость не сразу дошла до сознания паладина. Едва нежданный визитёр обратил на себя внимание, рыцарь крови уставился на него с чисто потребительским интересом. Сразу после воскрешения волшебных сил было мало и на сдерживание природного магического голода их не хватало катастрофически. А потому паладин уже знал, что сделает первым делом. Убьёт демонюгу  и поглотит его энергию, которой у такого большого субъекта должно было быть в избытке.
- Н-да что ты, - крайне ядовито протянул благородный воин света, натягивая перчатки и поднимаясь на ноги. Затем поднял с пола и шлем, не торопясь, правда, его надевать. Это люди могут шлемак напялить с разбега, а ему ещё уши нужны и желательно целиком.
- Не собираюсь быть чьей-то собственностью, дорогуша, - продолжил син'дорай, демонстрируя самую неприличную фигуру, которую можно сложить из пальцев одной руки. - Так что давай как-нибудь по-другому договоримся, м?

9

Как и следовало ожидать, первым делом восставший из мёртвых эльф принялся за самое важное: за приведение в порядок своей причёски. Киреша невольно улыбнулась уголком губ: «Мда, ему уже явно лучше…»
«Лучше некуда», — мысленно добавила жрица, как только паладин акцентировал внимание гостя на комбинации из трёх пальцев. И в то же мгновение будто бы огромный груз опустился на её плечи. Похоже, демону жест ордынца не понравился, и он решил приложить беспокойных пленников каким-то не слишком гуманным заклинанием. «Говорила мне мама: иди торговать в Кристальный зал, — так нет ведь, понесли меня Наару в Скит анахоретов…!» — с этими мыслями жрица тихо растянулась на полу, не в силах выдержать навалившуюся тяжесть. Ошалевшее сознание немного пометалось в разом опустевшей голове, а затем уважительно присвистнуло на прощанье и «сделало Киреше ручкой».

Дренейке пригрезился Пророк Божественный Велен. Старик воинственно размахивал жреческим посохом и, брызжа слюною, пафосно вещал рекламные лозунги, периодически приговаривая: «Сейчас Вам будет ра-адужно!»

Тяжёлые веки не желали подниматься, но от холода и гуляющего по каменному полу сквозняка уже сводило не только кости, но и челюсти, и даже рога с копытами. Холод забирался под платье, ощупывал ледяными руками бёдра девушки… или это был осатаневший взаперти кровавый эльф? Последняя мысль привела Кирешу в ужас, заставив подскочить на месте. В каземате было тихо, как в штормградской богадельне…

10

Демон на переговоры идти не пожелал и придавил пленников силой тяжести, помноженной на какое-то как минимум двузначное число. Фалькора не успел защититься, а потому с железным лязгом как подкошенный рухнул на пол,  уткнувшись лицом в грязные холодные камни. Неимоверная тяжесть вытеснила воздух из лёгких и - ненадолго - сознание из тела.

...Тьма рассеивалась клочьями, они носились перед взглядом и не давали понять, где он и что тут делает. Потом мысли обрели ясность достаточную для того, чтобы вспомнить всё предшествовавшее. Эльф сел, с ненавистью огляделся, надеясь, что демонюга всё ещё тут. Второй раз застать паладина врасплох будет сложно, возможно, иллидарский прихвостень это знал. А, возможно, он решил навестить "свою собственность" позже. "А вот хрен! Не будет меня тут позже".

Паладин поднялся на ноги, попытался вытереть кровь, тёкшую из носа, но только равномерно размазал её по лицу и перчатке. Син'дорай подошёл к двери и встал на одно колено, стараясь рассмотреть замок. Так-так... похоже, не слишком сложный. Или хотя бы сложный ровно настолько, чтобы кобальтовая отмычка его взяла.

Вообще-то вскрытие замков всегда было прерогативой воров и разбойников. Однако хитрые кузнецы по особым чертежам умудрялись ковать отмычки, компенсирующие недостаток искусства взлома. Другое дело, кроме них занятным изобретением никто пользоваться не мог: то ли инструкции были неподвластны разуму всех остальных, то ли отмычки получались зачарованные и в других руках просто не желали работать.

Паладин снял с кольца для ключей отмычку, осторожно всунул её в замок. Пружинки поддались почти сразу, но вот инструмент извлечь не удалось: с тихим мелодичным звоном тонко выкованный кобальт разломился. Вторая особенность кованых отмычек - они всегда ломались после выполнения своего предназначения.

Дверь отныне была отперта и можно было расчищать путь к выходу. Фальк осторожно надел шлем, одним глазом выглянул в коридор. Хотел выйти, но замер, оглянулся. С одной стороны, вражину стоило непременно бросить да ещё и пакость какую-нибудь совершить напоследок. С другой, с жрецом оно всяко проще будет. Да и выгода обоюдная: паладину - лечение, жрецу - паладин вместо оружия. Взвесив все "за" и "против", эльф крови пришёл к выводу, что жрицу надо брать с собой. Потому присел возле неё на корточки, собираясь похлопать по щекам, но дренейка очнулась сама, села и заозиралась ошалело. Паладин поднялся на ноги и протянул ей руку:

- Вставай. Пора на выход.

Отредактировано Фалькора (2010-10-14 23:51:55)

11

«Сейчас Вам будет ра-адужно!» — набатом звенел в голове голос великого вождя. И, как выяснилось, старик не даром звался Пророком: всё ДЕЙСТВИТЕЛЬНО было радужно!
Несколько секунд понадобилось жрице, чтобы уразуметь, что она не в сказочной стране, просто от лютой головной боли перед глазами поплыли разноцветные круги, делая сырой каземат чуть-чуть веселее на вид.
Над нею, сидящей на полу камеры, памятником себе любимому возвышался давешний паладин. Он призывно потягивал девушке вымазанную в крови латную перчатку. «Что? Чего он хочет от меня? Зачем тянет ко мне свои немытые лапки??» Киреша на мгновение шарахнулась, потом предположила, что Воину Света, вероятно, тоже «радужно», и он принял соседку по камере за какую-нибудь очаровательную кровавую эльфийку. «Как можно спутать меня с одной из этих тощих баб? Нет, парень, это ты промазал. Вот когда смогу за веслом спрятаться, тогда и приходи!»
Как говаривали, выдающейся сообразительностью паладины вообще никогда не отличались, компенсируя оную самоубийственным безрассудством, детской любознательностью и ежедневным чтением по слогам.
Эти мысли пронеслись в голове в десятую долю секунды, а в следующий момент дренейку осенило: «Благословенный путь избранных, да ведь он предлагает мне помощь!» Протянутая ладонь и вполне понятная, пусть и небрежно брошенная фраза говорили именно в пользу последнего варианта. Син'дорай возымел намерение помочь ей как минимум подняться с пола. «Неужели и в Орде раз в столетие рождаются джентльмены? Неужели из признаков настоящего мужчины у него имеются не только причиндалы в латных штанах?? — девушка широко развела хрупкие плечи, в недоумении воззрившись на товарища по несчастью снизу вверх. — Это ловушка? Да какое там! Он и сам в ловушке! Но он же мог убить меня, пока я была без…»
Времени на дальнейшее рефлексирование не было. Всё-таки они с эльфом в гостях у кровожадных монстров, а не на танцах. В ладонь паладина легла узкая ладошка жрицы, Киреша крепко сжала его руку и рывком поднялась на ноги. На мгновение её окутало тусклое золотистое сияние, головная боль ушла, а благородный нос благородного воина перестал, наконец, кровоточить.
Спасибо, — почти беззвучно проговорила Кира, товарищ по несчастью вряд ли услыхал её.

12

Дренейке, бедняге, похоже досталось не слабо. Паладин мысленно хмыкнул: ну, да, конечно, это же жрица, а жрецы, как известно, слабы здоровьечком, и что вызвало лишь кровь носом у него, у девушки скорее стало причиной расплавленных мозгов. Поэтому Фалькоре пришлось с минуту наблюдать усиленную работу мысли на хорошеньком бледно-голубом личике. В конце концов дренейка решила, что ничего угрожающего пока не происходит и всё-таки приняла руку, поднявшись и тихонько цокнув раздвоенными копытцами. Блондинка исцелила себя и - за компанию, видимо - син'дорай, что-то при этом два слышно прошептав. Эльф решил, что было бы что-то важное, сказала бы громче, а потому не вслушивался.

Посчитав, что можно и не объясняться, Фальк вновь приблизился к выходу из камеры. За стеной был слышен приближающийся тяжёлый стук копыт демона-стража. Он весьма удачно направлялся в их сторону. Паладин сосредоточился, по звуку прикидывая расстояние и подгадывая момент, когда можно будет броситься на тварь. Вот звук достиг наибольшей громкости и понемногу начал стихать. "Пора", - мелькнула мысль, и одновременно с ней дверь распахнулась, а из проёма с удивительной скоростью метнулась смазанная фигура. Демону сначала прилетело тяжёлым кулаком в затылок, и тут паладин вспомнил, что неплохо было бы что-нибудь колдануть, а всё полезное было завязано на печатях. Про печати, как это водится, ордынец забыл.

Стражник взмахнул копьём, что держал в руках, пришлось уклоняться. Следующий выпад был перехвачен: Фалькора мёртвой хваткой вцепился в чужое оружие, пяткой того же копья попытался ткнуть врага в живот, а когда манёвр не удался, изо всех сил дёрнул древко вверх, выворачивая руки противника. Страж же сдаваться так просто не желал, к тому же был больше и сильнее, и даже неожиданность нападения весьма расторопных пленников не дала им особенного преимущества.

Очень кстати рыцарь крови вспомнил, что умеет оглушать. Замечательное заклинание давало несколько секунд форы, вполне достаточных, чтобы произнести заклинание экзорцизма. Демона прошил изнутри световой поток, нанеся значительный ущерб его здоровью. Под шумок удалось и копье выбить из лап, а дальнейшее было делом техники. Не забыл син'дорай про намерение насчёт демонической силы. Когда причудливой формы наконечник с мерзким хрустом погрузился на ладонь ниже ямки под ключицами, Фалькора протянул руку, над раскрытой ладонью стал формироваться шар нежно-зелёного цвета, такого же, как и глаза паладина. Когда последние нити света втянулись в сферу, паладин сжал кулак, поглощая силу, а от врага остался только нагрудник да наручи. "Странный эффект вообще. Ну да кто этих тварей разберёт, в самом-то деле", - подумал Фальк, небрежно забросив останки в камеру и захлопнув дверь.

Копьё было по-хозяйски водружено на плечо. Покрутив головой и оценив одинаковость коридора в обеих сторонах, эльф понял, что снова придётся обращаться к жрице. Ничего-ничего. Надо немного потерпеть. Выберутся, и можно будет валить, куда душа пожелает.

- В которую сторону топать? У тебя интуиция вроде как лучше, спроси её.

Вспомнив, паладин по памяти воспроизвёл формулу печати повиновения и ауры воздаяния. Судя по красноватой дымке, взвившейся прозрачной стеной, да красивому узору, возникшему под ногами, помнил он их верно. Ну, теперь хоть куда угодно. Падение молотов правосудия на головы противников обесепечено.

Отредактировано Фалькора (2010-10-15 14:44:36)

13

Как и следовало ожидать, едва возвратившись с того света и почуяв запах свободы (а быть может, это была гнильца), молодой паладин уже рванулся в бой, как голый в баню. И жертвой неадекватного ордынца тут же стало второе после Киреши живое существо, попавшееся ему на пути. Жрица лишь воздала очи горе, выглядывая из-за угла и становясь свидетелем очередной схватки. А ведь всё можно было сделать гораздо деликатнее: загипнотизировать стражника, взять под контроль, или воспользоваться его глазами, чтобы оценить обстановку (дренейка умела и такое), обыскать карманы на предмет ценностей, наконец. Но слово «деликатность» неожиданному союзнику, похоже, было не знакомо. «Впрочем, незнакомых ему слов, по всей видимости, много: стратегия, хладнокровие, порядочность, мыло, душ…» Девушка брезгливо взмахнула ладонью у лица, хотя отвратительные миазмы в этой клоаке могли исходить от кого угодно, включая её саму. Фанатичных поклонников чистоты в штате у Иллидана не водилось.
Чутко ощущая состояние нового подопечного, жрица поняла, что ордынец забыл о чём-то весьма важном для исхода битвы. Киреша сложила руки в молитве, и над новыми партнёрами синхронно взвились яркие мистические знаки, наполнив обоих жизненными силами. Затем девушка коротко взмолилась о том, чтобы дух безрассудного воина Света крепчал, и тёмная магия миновала его, не задев. Общие старания паладина и его новой союзницы с лихвой окупились первой совместной победой. «Ясно. Это временное перемирие. Покуда он станет моим мечом, я буду его щитом. Иначе нам здесь не выжить».
Киреша приблизилась к брякнувшим об пол доспехами демона (всё, что от него осталось), склонилась над ними и пошарила руками. Ничего полезнее нескольких клочков лёгкой розоватой ткани, оставшихся от одеяний под доспехом стражника, да крупного округлого флакона с синей жидкостью не обнаружилось. Ничего, из ткани всегда можно сшить что-нибудь приличное, а зелье маны может пригодиться в любой момент.
— В которую сторону топать? У тебя интуиция вроде как лучше, спроси её.
Налево, — быстро ответила она, не задумываясь и поднимая на спутника внимательный взгляд. — Погоди, как тебя зовут, пал?

14

Завершающим аккордом, рыцарь крови благословил дренейку мудростью, а себя - благовловением королей, после чего посчитал свой долг выполненным и изготовился продолжать путь на свободу.
- Фалькора, если это имеет какое-то значение, - без энтузиазма пробухтел паладин, послушно топая налево. Всё-таки, столь близкое знакомство в его планы не входило. Хотя, может, и к лучшему? Не будет звать её "эй, ты", она обижаться не станет и подлечит вовремя... поэтому, прогнав из голоса неохотные нотки, син'дорай в свою очередь поинтересовался:
- А тебя, жрица?..
Коридор оказался длинным, с одинаковыми дверьми в, вероятно, одинаковые маленькие комнатушки. Насколько они были заполнены, эльф не знал, а проверять времени не было. Да и желания, если честно, тоже. Одно дело наткнуться на товарища ордынца, другое - на вражину из союзного дренейке альянса, третье - на неведомую хрень, одинаково враждебную к обеим фракциям и не факт, что разумную. В общем, пытаться геройствовать было довольно накладно, лениво и хлопотно. А  потому благородный воин света разумно не стал даже пытаться.
"Однако же как любят во всяких замках строить подземелья... похоже, каждый уважающий себя правитель ставит себе целью отлавливать шпионов-неудачников-преступников и тут их гноить. Неисповедимы пути властителей, мда..." Коридор кончился, Фальк притормозил. Заглядывать за угол не очень хотелось: внезапно проснувшаяся паладинская интуиция подсказывала, что там не очень благоприятная ситуация. Но... фиг с ним. Фалькора, не размениваясь на мелочи, сразу завернул за угол. Однако интуиция ему наврала, никого там не было. Только дверь. "Вскрывать или всё-таки где-то поджидает западло?" - напряжённо размышлял благородный воин света, подозрительно рассматривая пол, стены и потолок.

15

Эльф оказался удивительно сговорчив, он не только умудрился представиться без грубостей вроде «А оно те над?» или «Помалкивай там!», но даже в ответ поинтересовался именем жрицы, хотя вряд ли испытывал сейчас непреодолимое желание овладеть этой информацией. Впрочем, девушку тоже гораздо больше интересовала стратегия побега. Это всё-таки не портер в Телсамаре лакать с горными пехотинцами. Здесь Запределье, и они в плену у самого выдающегося демона, которого когда-либо знали оба мира…
Киреша, — негромко ответила дренейка, имя зашуршало, коснулось слуха паладина и растворилась в холоде подземных лабиринтов вместе со сквозняком.
Они шли по узкому коридору с однотипными тёмными дверьми в казематы. Жрицу так и подмывало заглянуть в решетчатое окошко, но Фалькора летел впереди, даже не задерживаясь у камер. Выходит, у него были причины не любопытствовать, да и терять его из виду дренейке не хотелось.
«Красивое у него имя. Благородное», — вдруг подумала Киреша, сворачивая за угол вслед за эльфом и снова наблюдая его широкую спину. Спутник стоял в нерешительности, с преувеличенным вниманием изучая обстановку, хотя от предыдущего коридора она не слишком отличалась. Здесь вообще всё было на один манер (грязное, холодное и тёмное) с одной лишь разницей: предбанник, в котором оказались бывшие пленники, был сырым, как бельё после стирки, по стенам от пола змеились зеленоватые узоры плесени, а из-под двери тянуло чем-то тошнотворно вонючим. «Коллектор?» — удивлённо вскинула брови девушка. Что ж, это было справедливое и не самое худшее предположение. Кроме того, за дверью могла оказаться выгребная яма, сортир для иллидарской стражи.
Дрейнейка прикрыла нос холёной ладонью.
— Фалькора, послушай, ты ведь оказался в Караборе не случайно. Ты знаешь, что здесь происходит?

16

Эльф, всё же, решился. Мысленно пожелав себе удачи и остаться при конечностях, сделал шаг вперед и подёргал ручку двери. Всё-таки оказалось заперто. В который раз паладин подумал, что очень удачно выбрал профессию. На заре своего пути, когда он был ещё юн и доверчив и только думал, чем можно зарабатывать на жизнь, кроме как этой самой жизнью рисковать, он и предположить не мог, что кузнечное дело не только обеспечит его доспехами, позволит сэкономить кучу денег на ремонте и заработать на продаже оружия, так ещё и выручит в трудную минуту. В первый раз увидев чертеж отмычки, самой простенькой, из обычного, а вовсе не истинного, серебра, он был сильно удивлён. Наставник же только усмехнулся и посоветовал обратиться к знакомым ворам и разбойникам, чтобы научили пользоваться. Фальк так и сделал и с тех пор ни разу не пожалел, а наоборот, с благодарностью вспоминал дельный совет каждый раз, когда вскрывал замки. Стоит ли говорить, что в этом суровом мире это был ещё один способ подзаработать?..
Так что син'дорай целенаправленно преклонил перед дверью колени и снял перчатку, выуживая откуда-то то ли из-за пояса, то ли ещё откуда маленькую отмычку из волшебного металла арканита. Возможно, она была слишком хороша для этого дрянного замка, но других при себе всё равно не было. Осторожно ковыряясь в запирающем механизме, он на секунду отвлёкся, уловив вопрос дренейки. Немного поразмыслив, что бы такого ответить, он пришёл к выводу, что кроме правды отвечать как бы и нечего.
- Понятия не имею, - несколько неохотно произнёс эльф крови, прислушиваясь к щелчкам пружин. Отвлекаться от дела сильно не хотелось, поэтому ордынец через слово сбивался на родной талассийский или неправильно подбирал слово на всеобщем. - Я тут... в виде, то есть в качестве мяса. Артиллерийского... то есть пушечного. Как и ты, вероятно. Сказали, что без меня тут... полный фейреверк.. в смысле не справиться. - Замок, наконец, поддался и открылся, дверь легко повернулась на петлях, приоткрываясь. Из-за неё тут же пахнуло непередаваемыми ароматами канализации. Син'дорай поморщился, подумав, что бывал в местах и похуже. В конце концов, в Подгороде пахло немногим лучше. Паладин поднялся, отбрасывая сломавшуюся под конец отмычку в сторону и натягивая перчатку. Распахнул дверь, перехватив поудобнее трофейное копьё. Никого, только зловонная вода плещется у порога.
- Ну, идём? - немного неуверенно предложил благородный рыцарь крови, ступая прямо в эту сомнительную жидкость и беспрестанно крутя головой, стараясь осмотреть побольше. - А почему ты спрашиваешь? - спохватился он, помня, что вообще говоря ничего просто так не бывает и вопрос наверняка имел под собой какую-то основу.

17

Руины Карабора, — поспешила пояснить девушка, — которые сейчас предположительно над нами, служат Иллидану в качестве тренировочной площадки для охотников на демонов, но, как можно догадаться, намерения у него отнюдь не благие. Да и эти ребята явно не из клуба благодетелей Запределья.
Киреша осторожно взяла в ладонь кипенную прядь и заправила её между рогом и ухом, чтобы не мешалась. Следовало внимательно смотреть под ноги, чтобы не вляпаться во что-нибудь погуще, чем просто зловонная вода.
Понимаешь, я здесь не на экскурсии. У меня задание, — продолжила девушка, не отнимая ладони от носа. Ароматы коллектора превосходили все, даже самые смелые ожидания. У дренейки слезились глаза, а во рту ощущался гадкий привкус кислятины. "Какая несусветная вонь! Хуже, чем общественные сортиры в Стальгорне!"
Ты ведь видел Азалота? — девушка поравнялось с Фальком, чтобы взглянуть ему в лицо, хотя из-за шлема всё равно не было видно, какую степень презрения к дренейке и её словам оно выражает. Вода и мерзкая слизь на дне заглушали цокот её копыт, глаза жрицы мягко мерцали в зеленоватом полумраке.
"Какая гадость, этот отвратительный коллектор!"
Этого демона зовут властителем преисподней. Он невероятно силён. Азалот оказался охотникам не по зубам, поэтому его пленили колдуны. Моя задача освободить его из заключения, устроить диверсию и выиграть время, пока они будут разбираться с демоном. С этими тренировками нужно покончить раз и навсегда! — горячо прошептала Киреша. Когда хотела, она умела быть убедительной и проникновенной, и тогда её приятный грудной голос с экзотическим акцентом превращался в настоящую ловушку для мужских ушей. В данном случае с ушами (а точнее, с их длиной) повезло баснословно, и жрица просто не могла упустить такой шанс.
Когда ты кинулся в толпу заклинателей — кстати, зачем ты это сделал? — я как раз была на разведке, приглядывалась к нашим врагам. И, как только я увидела тебя в деле, то сразу же подумала... Какая гадость! Ой! То есть, нет...! Я не это подумала! Я подумала: "Каков храбрец!" А это я не о тебе, а об этом мерзком коллекторе! — жрица прищурилась на один глаз, отчего по её щеке покатилась слезинка, зажала нос когтистыми пальцами. — А ещё я подумала, что ты мне поможешь. Фалькора...?

18

Паладин слушал внимательно, изредка позволяя себе тихонько хмыкнуть и мысленно прокомментировать рассказ дренейки. То, что она не на экскурсии он уже заметил, хотя бы потому, что место было неподходящее. А как бы колоритно выглядело! Позолоченные столбики с красной лентой между ними огораживают комнату и не дают любопытным щупать предметы интерьера. И экскурсовод рассказывает: "Это тронный зал Иллидана. На троне вы видите самого Иллидана, он практически не изменился за последние три сотни лет. Наше почтение, Шан'до Ярость Бури, не обращайте на нас внимания, мы уже уходим..." О, Солнце, какой бред! Это всё последствия воскрешения, однозначно. "Слушай лучше, что жрица говорит", - подумал син'дорай и навострил уши.

Эльф кивнул, что да, такую дуру, как Азалот, трудно было не заметить. Даже если бы он был совершенно слепым, воняла эта тварь просто несусветно! Хуже, чем коллектор. Ах вот оно что! Его пленили и надо освободить, чтобы устроить заварушку. Ну неплохой план, конечно, что-то похожее ему и продвигали в Святилище звёзд. И из-за этого-то он и полез в кучу, собирался вырубить всех магов к мурлокам собачьим и быстро свалить, но, увы... Фальк поёжился, невольно коснувшись покорёженного продырявленного нагрудника. Ремонтировать теперь...

"Насчёт гадости наверное подумала позже", - промелькнула весёлая и злая мысль. Да что там, он бы тоже так подумал на её месте. Небось ожидала увидеть человека, а тут такая незадача! Однако размышления о расовой нетерпимости пришлось усилием воли отодвинуть. Последний вопрос заставлял задуматься: не так давно он и сам сетовал, что в одиночку задание не выполнимо (что уже было один раз доказано) и было бы неплохо получить напарника. И вот перст судьбы сам указывает на жрицу. Это вполне может прокатить. Сначала они выберутся из Чёрного Храма, потом разработают план и осуществят его.

— Мнн, — невнятно протянул паладин, собираясь с мыслями и с трудом переводя на вражий язык то, что хотел сказать: — конечно. Помогу, по одному мы всё равно не управимся... альтернатив нет.

Пока было на удивление пусто. Дальнейшее продвижение вперёд перегораживала огромный кусок каменной плиты, то ли отвалившийся откуда-то, то ли изображавший раньше стену. Ничего похожего на дверь в нём не было, возможно, проём был просто загорожен этой живописной грудой обломков. Зато с одной стороны плита не доходила до стены. Фальк приблизился к плите, но не спешил выглядывать. Вместо этого он обернулся к дренейке и тихонько спросил:

— Зеркало есть? Посмотреть, что... там, — он кивнул в сторону каменной глыбы, за которой что-то интригующе плюхало и сопело.

19

— Мнн, — невнятно протянул паладин.
Что бы могло означать это самое "мнн"? Киреша подозрительно прищурилась. Да уж, тот ещё ей попался напарничек! Даром, что паладин. В Экзодаре поговоривали, будто кровавых эльфов даже в Орде ненавидят все, кроме, разумеется, самих кровавых эльфов. С ними только нежить общается, да и та из соображений близкого соседства. Хотя, с другой стороны, чванливые, заносчивые, язвительные — за что их любить-то? Жрице так и представился Фалькора, пирующий в одном из борделей Луносвета и за глаза обзывающий дренеек синими козами. Ух, был бы у неё сейчас посох! "Так бы и врезала бы по кумполу, чтоб позвоночник в трусы осыпался!" Но посоха рядом не оказалось. Да и к счастью это, видно, слава Наару! Ведь это были всего лишь мысли, а голубая кровь в жилах девушки кипела скорее от подспудного страха и праведного гнева. Но сейчас её врагом был вовсе не син'дорай, который... "СОГЛАСИЛСЯ?!! С ума сойти!"
— Зеркало есть?
Этот вопрос снова привёл Кирешу в буйную ярость. "Зеркало! Может тебе ещё и парикмахерскую сюда из Даларана отбуксировать?"
— Посмотреть, что... там.
А... — умерила свой пыл тёмная жрица, поджала перловые губы, чуть сдвинула брови. — Нет у меня зеркала. Я тебе не эльфийка. Попробуй... — девушка выразительно покривилась, уж очень не хотелось ей делиться с врагом маленькими жреческими секретами, — чуть выглянуть из-за того камня: если ли кто поближе? Я умею смотреть на мир глазами врага. Хотя лучше отойди-ка, я сама выгляну. Тебя заметят: грохочешь в своих латах, как Великая Кузня, отсвечиваешь, как чирей на гладком месте, а среди всего этого сточного букета ароматов ещё и пахнешь, как нордскольская роща.
И Кира, потеснив паладина, сама прильнула спиной к обломку стены и погрузилась в Облик Тьмы, делающий её почти незаметной для врагов.

Отредактировано Киреша (2011-04-25 03:48:17)

20

Фалькора поразился, как быстро жрица меняла выражения лица, и выражения эти были по большей части далеки от жизнерадостных. Паладин начинал чувствовать себя так, будто постоянно делает что-то не то, и это здорово напрягало. Если учесть, что окружение было совсем не подходящим для высказывания взаимных претензий, то син'дорай искренне не понимал, какого хрена ей не нравится. "Вот коза синяя!" — в сердцах подумал ордынец, зло щуря глаза и невользо стискивая зубы. Он уже всерьёз начинал жалеть, что оказался слишком благовоспитан и не придушил её сразу. В самом деле, нашёл бы путь наверх, может, и иной.

Так что отошёл паладин от каменной глыбы с большим удовольствием. Нужно ей куда-то глядеть, пусть смотрит, в самом-то деле, не станет мешать. Фалькора упёр трофейное копье в землю, и одной рукой стал аккуратно загибать рваные края дырки в нагруднике в обратную сторону. Толку от этого было ноль, но мало того, что дыра не давала ему покоя, так ещё и успокоить нервы как-то нужно было. Эльф крови мыленно прикидывал, считать кусок фразы про нордскольскую рощу оскорблением или комплиментом. В Нордсколе ему бывать ещё не доводилось, как-то здесь задержался, поэтому о тамошних рощах он мог только догадываться. Учитывая, что Азерот был велик, и каждый его уголок был уникален, то строить догадки можно было долго и при этом не попасть.

Рыцарь крови бросил быстрый взгляд на дренейку: что она там делает? Жрица по-прежнему что-то осторожно высматривала, так что отвлекать её син'дорай пока не стал, хотя очень хотелось какую-нибудь глупость сказать.

21

Существо напоминало огромный фонтан зелёной воды со злобными раскосыми глазками, закованный невесть зачем в пару драгоценных браслетов, инкрустированных огромными изумрудами. Двигалось оно важно, вытянув по швам толстые подобия сжатых в могучие кулаки руки и распространяя вокруг себя мириады холодных брызг на пару с невыносимым зловонием. Тёмная жрица только поморщилась, затаив дыхание.
Поначалу казалось, что элементаль просто прогуливается вдоль стока и пасёт горстку более мелких (чуть меньше дренейки) собратьев, снующих у его ног, точнее, близ того места, где эти самые ноги, по логике вещей, должны бы находиться, но потом Киреше стало уж совсем не по себе. Спятивший вал, вместо того, чтобы, согласно мысленному совету жрицы, отправиться пробивать застои в сточных трубах Чёрного храма, попёр на неё столь целеустремлённо и угрожающе, что не верящая своим глазах девушка нырнула обратно за стену и инстинктивно сцапала эльфа за руку, легонько сжав затянутое в перчатку запястье, будто ища защиты. Минутная слабость могла дорого обойтись Киреше, но в одиночку встреча с элементалем подобного вида, объёма и столь враждебного настроя могла кончиться и того печальнее.
Этот чокнутый слив из иллиданского нужника сейчас...
Киреша осеклась, она вдруг ощутила необыкновенное облегчение, полусотней мелких иголочек пощипавшее спину и икры. Так бывает, когда после долгого сидения/лежания в одной позе затекает придавленная мышца.
Проехали... — почти беззвучно выдохнула дренейка, поспешно выпустив руку паладина и выглядывая из своего укрытия вновь, — кажется... обошлось.
Если бы не зеленоватый полумрак, воину Света открылась бы дивная и, без сомнения, незабываемая картина смущённой своим малодушным и предательским (по отношению к родимой фракции) поступком дренейки.
Водяной элементаль, — сбивчиво пояснила Кира, — ходит. Огромный. Бдительный. Пахнет... — последний элемент описания заставил девушку невольно поморщиться.

22

От медитативного и успокаивающего выравнивания пробитого нагрудника паладина оторвали самым бесцеремонным образом: сцапали за руку. Эльф крови удивлённо взглянул на жрицу, вцепившуюся в его запястье. Светящиеся в темноте глаза дренейки по виду увеличились раза в два по сравнению с предыдущим их состоянием, она что-то быстро бормотала про слив, и явно у этого слива намерения были самые членовредительские, но Фальк даже отреагировать не успел толком, как она отпрянула так же стремительно, как и появилась рядом. Опасность, видимо, миновала, и не было больше повода пытаться спрятаться от враждебно настроенных элементалей за спиной врага. Рыцарь крови только вздохнул (в который уж раз!), перестал маяться дурью и поудобнее перехватил копьё. "Пахнет. Тоже мне примета. Тут всё пахнет", — недовольно подумал син'дорай, осторожно выглядывая из-за каменной глыбы. Он увидел элементаля, ещё нескольких поменьше, быстро оценил обстановку. "Ну, по крайней мере у меня есть жрица. Глядишь, не умру прямо сразу".

Подлечи меня, — без предисловий буркнул паладин, и вышел из их ненадёжного укрытия, швыряя в самого большого элементаля сияющий светом молот.

Копьё, конечно, было никудышным, если сравнивать его с тем мечом, который теперь, похоже, канул в безвестность среди других трофеев иллидари, но, во-первых, выбирать особенно было не из чего, а во-вторых, спасибо и на том. Конечно, видимого урона оно не наносило, и полагаться приходилось лишь на свои заклинания. Фалькора в который раз подумал, что в этом мире без знания магии выжить практически невозможно и в который раз поразился воинам — искусным бойцам, совершенно незнакомым с магией, но тем не менее являвшихся очень серьёзными противниками для всех, в том числе и для паладинов.

Спустя несколько минут, показавшихся эльфу крови едва ли не получасом, бой был окончен. Доблестный и благородный воин Света вымок до нитки и теперь понемногу замерзал, а по запаху, видимо, начинал сливаться с окружающей обстановкой. Фалькора пошевелил носком сапога огромные браслеты — всё, что осталось от элементалей, — и только сейчас осмотрелся. Камень-укрытие, как оказалось, был лишь частью большого завала, и вообще удивительно, почему он столь удачно лежал. По камням, видимо, обрушившимся с потолка, можно было добраться до решётки, закрывающей выход на платформу. Это казалось редкой удачей: вот так сразу — и вдруг выход. Фалькора жестом позвал жрицу, сигнализируя, что всё чисто и опасаться тут пока некого. Потом показал ей на решётку.

Там, вроде, выход, — сказал он очевидную вроде бы вещь, пытаясь рассмотреть, что там происходит. — Будем пытаться тут убраться... то есть выбраться?

23

— Подлечи меня.
Что...? — и не успела девушка осведомиться, с какого ясеня рухнул временный союзник, как бравый паладин без промедления и таких совершенно бессмысленных и бесполезных вещей, как разработка стратегии и согласие лекаря на столь беспрецедентную кампанию по ручному умерщвлению недружелюбных элементалей, бодро запустил заклинанием в ближайшего претендента на их бедовые головы.
Фалькора!! — возопила девушка, но было поздно. Вал заметил нахального щенка, посмевшего бросить вызов Его Вонючеству, и ушатом грязной воды опрокинулся на воина Света, погребая его под собой.
Дренейка сцепила пальцы и упала на колени, вознося в бездонную темноту над головой самые искренние и отчаянные молитвы, на какие только была способна. Вспыхнувшая над головой эльфа бледно-голубая руна ознаменовала прилив жизненных сил; укреплять боевой дух союзника и молиться о спасении было некогда.
С первым же заклинанием исцеления Киру вышвырнуло из Облика Тьмы, и она почувствовала себя хрупкой и беззащитной.
Тёмному жрецу требуется время, немного отдыха и несколько глотков чего-нибудь освежающего, чтобы настроиться на душеспасительный лад, но вряд ли эльф рассчитывал на это, кидаясь в бой. Теперь оставалось только уповать на удачу и благословение Наару. Киреша будто сердцем чувствовала, как вздрагивает в её тонких ладонях душа воина Света, как утекает сквозь пальцы бесценная жизнь. Снопы искр от целительных заклинаний вздымались к потолку, отражаясь в мутной воде, бурлящей под ногами поединщиков. Дренейка знала, что элементали уже заметили анахорета за спиной паладина, и стоит только ордынцу ослабить бдительность или, того хуже, погибнуть, как они кинутся на неё. А с такими, как неподготовленная к бою жрица, у матёрых тварей разговор короткий. Хватит одного удара — и прощай, молодость!
"Подлечи меня"! Нет, ну вы это слышали? Подлечить его! Я тебя сейчас так подлечу...! Болван!.."

Битва закончилась внезапно, хотя Киреше она показалась вечностью. Девушка припала плечом к полуобрушенной стене и подняла на рыцаря крови измученные потускневшие глаза.
Наару не забыли нас... — выдохнула она. — Фалькора, давай на время нашего сотрудничества сведём твоё безрассудство к минимуму, а? Твои суицидальные наклонности начинают меня пугать. В следующий раз, когда увидишь группу недружелюбных тварей, готовую запачкать твои доспехи твоими же собственными кишками, пожалуйста, посчитай до десяти хотя бы на пальцах, — и уже более серьёзно добавила, чуть сдвинув тонкие брови. — Я едва не потеряла тебя.
Киреша поднялась и подошла к временному союзнику, задирая голову и щурясь в темноту.
— Там, вроде, выход. Будем пытаться тут убраться... то есть выбраться?
Убираться тут бесполезно, — она оглянулась на гигантские тусклые браслеты, дёрнула уголком губ. — Ни одна сотня лет понадобилась наверное, чтобы СТОЛЬКО нагадить, а уж чтобы убраться... Дренеи столько не живут. Попробуем выбраться. Подсади меня, пожалуйста. Эй, только без рук! То есть... с руками, конечно, но не забывайся, а то ведь у меня копыта...
Киреша, конечно, догадывалась, что мужчина из народа эльфов крови на такую, как она, даже в голодный год за мешок зерна не позарится, но полезно было иногда потешить своё самолюбие, а безрассудный паладин как ни крути заслуживал порицания за своё пренебрежение к жизни. Кроме того, небольшая перепалка могла бы взбодрить его лучше любой смертельной схватки. "Ну хоть улыбнись..."

Отредактировано Киреша (2011-10-15 00:15:53)

24

Паладин пробурчал что-то невнятное из-под шлема, не то соглашаясь быть осмотрительнее, не то выражая несогласие с такими излишними предосторожностями. Ещё бы, он же паладин! Он всех победит, разве могут быть какие-то сомнения? На самом же деле син'дорай совсем не чувствовал в себе желания размахивать копьём, сражение отняло все силы и у него тоже. Никудышное оружие повлекло за собой затянувшийся бой, а тот в свою очередь стал причиной полного истощения запаса магического ресурса. Эльф крови тяжело дышал, переводя дыхание и потихоньку восполняя ману, но пока что кидаться в кучу был не готов. Свои способности он знал отлично, и то, что он умрёт без своих заклинаний, не составляло никакой тайны.

Эльф крови бросил взгляд на завал, потом другой — на юбку жрицы, из-под которой едва были видны тёмные копыта. Он здорово сомневался, что в таком виде она далеко залезет, но мало ли, что у неё на уме. Так что Фалькора без возражений примерился, присел на колено и подхватил дренейку под крутые бёдра. Стараясь не сильно её сжимать, помня, что латы всё-таки из металла, поднялся, сделал пару шагов вверх по завалу. Остановился, перехватил её поудобнее и подсадил максимально высоко. Киреша оказалась легче, чем он предполагал. Ну или он недооценил собственные силы.

— Ну, что там? Можно выбраться?

Паладин не спешил карабкаться по камням: мало ли, вдруг там всё безнадёжно? Поэтому он поглядывал по сторонам и старался заглянуть за камни, загораживающие обзор.

25

Во-оу!.. — ознаменовала своё внезапное вознесение молодая дренейка. Она вцепилась в шлем воина Света, заскребла крепкими когтями по венцу, угощая изящные нежные ушки ордынца громким скрежетом, и, наконец, вцепилась в склизкий уступ, осыпав вниз чёрное каменное крошево. Бессовестные руки кровавого эльфа блуждали по её бёдрам, пытаясь сцапать поудобнее и придержать покрепче. Жрице же от этих "обнимашек" за шиворот сыпались муравьи, но Киреша предположила, что если всё-таки лягнёт паладина, то лететь им обоим под горку по каменному обвалу недолго, но увлекательно, поэтому она ограничилась лишь сдавленным шипением:
Клянусь лицевыми придатками Велена, ты мне за это ответишь.
Дочь Кадмоса даже в тяжёлом промокшем платье оказалась ловчее, чем могла предположить сама, и уж точно проворнее, чем ожидал от неё временный союзник. Она быстро взобралась по обрушенной стене к решётке, утвердила кончики копыт в глубоких щербинах старой кладки и, вцепившись в подгнившие прутья, изо всех сил толкнула, стараясь пропихнуть решётку в узкий полутёмный лаз.
С третьей попытки она поддалась, с глухим грохотом бухнула в зелёную вязкую лужицу на полу прохода. За ней оказалась прямая и длинная каменная труба чуть больше полуметра в диаметре. Жрица с опаской заглянула в неё и обернулась к паладину. В покорёженных доспехах, с дрянным копьём и с высоты Фалькора казался маленьким и беззащитным. Он живо напомнил Киреше одного из эльфийских детей, белобрысых и большеглазых пацанят, снующих под ногами в Нижнем городе в Шаттрате и весело дразнящих добродушного огра-поварёнка Гаргота. Из прорезей шлема наружу торчали тонкие кончики забавных ушек. Киреше рассказывали, будто они смущённо опускаются вниз, когда син'дорай флиртует или обескуражен. Дренейке вряд ли когда-то нибудь доведётся наблюдать подобное воочию, но сейчас она очень живо представила себе смущённого рыцаря крови, и что-то горячее хлынуло к горлу из живота, заставило запустить пальцы в волосы на макушке, приглаживая растрёпанные пряди, и тепло улыбнуться паладину. Впрочем, девушка понадеялась, что эльф не заметит её внезапного приступа горячей симпатии.
Эй, тут проход, поднимайся! А я полезу посмотрю, — Киреша перестала улыбаться, подтянулась и исчезла в чёрном зеве дыры.

26

Успокоившийся было Фалькора снова разразился ругательствами на языке син'дорай, но не вслух, опасаясь, что иначе они останутся тут выяснять отношения на ближайшие полчаса. Бросил только яростный взгляд в спину дренейке, и отвернулся, рассматривая унылую обстановку. Казалось бы, всего ничего знакомы, а надоесть эта коза успела уже хуже горькой редьки. Не поймёшь её совсем, то ласковая, то колючая, никаких сил терпеть это нет.

Голос сверху возвестил, что проход там всё-таки имелся. Когда паладин поднял глаза, он успел заметить только кончики раздвоенных копыт, скрывающиеся в проёме трубы. Снова выругался: ну что за безрассудство! Лезть куда-то вперёд него было очень неосмотрительно, да только кому теперь высказать своё мнение?

Фальк вздохнул и стал карабкаться наверх, проклиная по очереди и задание, и неудачу, и жрицу заодно. Труба была достаточно широкой, чтобы ползти по ней на четвереньках, и совершенно неподходящей, чтобы делать это в доспехах, но выбора не оставалось. Оставалось только порадоваться, что он не орк или таурен: вот уж кто сюда точно не пролез бы!

По счастью, увлекательное путешествие было недолгим, и вскоре нос защекотали восхитительные ароматы гари и серы. Это были единственные запахи, доминировавшие в Долине призрачной луны с тех пор, как Пылающий легион решил использовать это место для прорыва. Здесь всё кишело отвратительными демонами, земля давно почернела, а вулкан в середине долины источал пронзительно-зелёную лаву. Небо всегда было затянуто непроницаемой пеленой облаков, из которых то там, то тут вылетали зелёные кометы. Исключительно недружелюбное место.

Паладин выбрался наружу и поднялся на ноги. Они оказались во внутреннем дворе Чёрного храма, по которому прогуливался туда-сюда огромный отвратительный инфернал, но кроме него никого, вроде бы, не было. Эльф крови поднял голову, разглядывая низкое неприветливое небо, стараясь рассмотреть, есть там его дракон или нет. Было бы очень кстати свистнуть ему и убраться отсюда ко всем чертям.

Ты видишь своего дракона? — обратился он к жрице, которая вела себя удивительно тихо, хотя, вроде бы, стояла рядом.

27

Киреша тщательно отряхнула колени, собрала в ладони подол и что было сил выжала его. Толстая ткань, напитавшаяся влагой и сточными водами, поддалась плохо и отпустила не больше полудюжины капель. Всё-таки на девушке была боевая сутана на толстом подкладе (жалкая пародия на настоящую броню), а не церемониальное платье жрицы Тиранды, подол которого лебяжьим пушком колыхался от любого дуновения, будь то храмовый сквознячок или взволнованное посольское дыхание. Говаривали, будто Шелест Ветра и воюет в таком же лёгком одеянии, а от вражеских выстрелов и заклинаний её бережёт сама Элуна, которая ещё и направляет стрелы правительницы Дарнаса точно в цель. У Киреши из Экзодара столь могущественных покровителей никогда не водилось, а сейчас из союзников и вовсе был один только эльф, да и тот — Легион его побери! — кровавый. Ордынец, который, окажись они в ущелье Песни Войны или Оке Бури, с удовольствием отправил бы дренейку к праотцам.

С чего ты взял, что у меня есть дракон? — глянула на Фалькору девушка, взмахнув длинными синими ресницами. — Я-то думала, в Орде все свято веруют, что дренеи летают на элекках. Так или иначе, я его не вижу. Могу позвать, но никто не гарантирует, что вон тот пылающий здоровяк прибежит на мой зов позже Ониксиэна, — тихо объяснила ситуацию дренейка, склоняясь к плечу воина Света, чтобы тот лучше слышал. Топот инфернала сотрясал каменную твердь и глушил звуки, но не достаточно для того, чтобы свистнуть дракону.

Отвратительное создание, хотя для ваших чернокнижников, должно быть, нет ничего милее этой смрадной каменной туши. Я предлагаю пересечь дворик и попробовать спуститься по лестнице слева. Кажется, она сворачивает. За поворотом он потеряет нас из виду. Интуиция подсказывает, что там спокойнее, чем здесь. Кроме того я, кажется, вижу тени деревьев, слышу шум воды и чувствую запах свежести. Если не удастся кликнуть дракона, так хоть глотнём свежего воздуха, иначе я буду вынуждена раскрыть тебе все тайны меню дворфийской таверны в цитадели Громового Молота. И давай обойдёмся без жертв, — её голос стал выразительнее, горячее дыхание пощекотало кончик длинного уха, — просочимся под стеночкой, он и не заметит. Инферналы, в особенности без чернокнижника-призывателя, хотя и агрессивные, но весьма бестолковые создания, которым эльфа от колоды не отличить, но если кинешься на него с копьём, он вряд ли сделает неверные выводы. Для серьёзной схватки тебе нужно оружие получше. Моя-то молитва всегда при мне, а твоим копьём только масло взбивать, — закончила Киреша, усталым жестом провела средними пальцами от переносицы к вискам, вздохнула и всё-таки двинулась вдоль стены, скрываясь за огромными жаровнями, в которых трещало едкое зелёное пламя.

Фалькора... идёшь? — молодая жрица обернулась и выжидательно взглянула на паладина, который, судя по решительному взгляду и упрямо выпяченному подбородку, явно задумал недоброе и безрассудное. — Фалькора... идём. Дракона нет, а этот тип тебе не по зубам. Ты, конечно, горячий парень, но инфернал горячее, — бездумно ляпнула Киреша, чем заставила вспыхнуть на своих щеках сиреневое подобие румянца. Девушка хлопнула ресницами и поспешила отвести взгляд в надежде, что паладин её не услышал, а если и услышал, то не понял. "Что?! Горячий парень?! Ну ты даёшь!"

Отредактировано Киреша (2012-09-09 02:53:03)

28

"Летают на элекках..." — паладин как представил себе эту шикарную картину, так и пропустил мимо своих длинных ушей половину жреческого монолога. Киреша говорила, говорила, говорила... увещевала, предлагала план действий, делала какие-то предположения... Плохо понимающий всеобщий язык альянса паладин перестал что-либо разуметь вообще, отвлёкшись на бархатистый голос, и интригующе щекочащее шею дыхание дренейки. Хотелось провести рукой по коже, стирая с неё неожиданные ощущения, но Фалькора сдержался. Очнулся он только тогда, когда Киреша окликнула его во второй раз.
Жрица стояла чуть поодаль, и смущённо созерцала мерзкого инфернала. Ордынец прокрутил в голове последнюю фразу и криво усмехнулся, в очередной раз подумав, что женщины всех рас имеют намного больше общего, чем им бы того наверняка хотелось.
Куда идти доблестный воин Света разобрался далеко не сразу, но шипение жрицы из-за спины не дало сбиться с намеченного дренейкой маршрута. По большому счёту син'дорай было всё равно, куда топать, лишь бы можно было свистнуть Азура, кружащего под чёрными тучами, да сделать отсюда ноги и попытать счастья во второй раз. Он жив, значит, задание нужно попробовать выполнить.
Киреша не ошиблась: лесенка окончилась у входа на совершенно прелестную терассу, вмиг напомнившую об оставленном далеко на Азероте Кель-Таласе и Луносвете. Весело журчали очаровательные фонтанчики, парили в горшках изящные деревца с резными листиками, стелилась прочь шитая золотом по краям красная дорожка. Весело щебетали юные тонкие эльфиечки крови, одетые весьма и весьма легкомысленно.
Давно не видевший ничего подобного паладин на некоторое время серьезно задумался, куда он попал, и не сделать ли тут привал. Место, впрочем, было слишком хорошо, чтобы оказаться правдой, потому, собрав разбежавшиеся мысли, рыцарь крови поделился наблюдением.
Такое мирное место... Киреша, ты видишь то же, что и я?

29

"Ну надо же! Наконец-то, назвал меня по имени!" — покривила уголком губ молодая жрица. А она-то думала, что эльф его даже не запомнил. Говорят, дренейские имена довольно сложны для восприятия другими расами (особенно ордынскими). Будто бы Лоралталис или Зиандрель звучит проще!

Впрочем, имя недавнего знакомого Кире нравилось. Звучное, благородное, запоминающееся... Фалькора... Интересно, что оно значит на языке син'дорай? Девушка поймала себя на мысли, что улыбается. Она замечталась и отстала от паладина на добрых десять шагов. Да ведь он даже не из Альянса, не говоря уж о том, что ни разу не дреней! Будь Киреша здесь одна, она бы надавала себе знатных пощёчин за подобные мысли, совершенно не уместные в смертельно опасной ситуации в самом сердце Чёрного Храма. Вместо этого дочь Кадмоса поспешила нагнать чем-то восхищённого рыцаря крови и выглянуть из-за его плеча. Должно быть, он нашёл выход. Наконец-то!

Но выхода не было, скорее совсем наоборот.

Матерь О'росская! — отчаянно выдохнула поражённая Киреша, с тихим ужасом созерцая рукотворные райские кущи. Полураздетые эльфийки: каменные статуи и совершенно живые, настоящие, очаровательные куртизанки. Судя по щелчкам бича и сладострастным стонам, были здесь и суккубы, в достаточном количестве, чтобы заморочить голову одному усталому паладину.

Жрица почувствовала горячий укол ревности и услышала, как её собственные коготки скребут латный наплеч Фалькоры.

Ты туда не пойдёшь, — решительно прошипела дренейка, дрожа одновременно от волнения, смущения и негодования. — Мирное место? Да это же Луносвет на выезде! Не знаю, что видишь ты, а я вижу рассадник разврата и грехопадения! Ты же паладин! Воздаятель, а не воздыхатель! Откажись от развратных эльфиек до Зимнего Покрова, а лучше до Огненного солнцеворота! А ещё лучше — на всю жизнь! — Киреша покусывала губы и чувствовала, что сейчас сорвётся и сделает какую-нибудь глупость.

Отредактировано Киреша (2013-01-02 16:51:15)

30

Паладин только тайком вздохнул: жрица на самом деле видела то же самое, но была отнюдь не рада такому повороту событий. Что ж, пожалуй, окажись они вдвоём в Крепости Бурь, всё было бы с точностью до наоборот. Фалькора с ещё разок с тоской поглядел на огромные круглые кровати под полупрозрачными балдахинами, от одного вида которых отчаянно захотелось спать, с сожалением признавая, что дренейка права. Вряд ли это точка отдыха для усталых захватчиков обители Предателя. В чём Иллидану нельзя было отказать, так это в смекалке: кто ж устоит перед жратвой и женщинами, особенно после предыдущих боёв с охраной?

От скрежета когтей по латному наплечнику по спине пробежал табун мурашек, мигом прогнав остатки накатившего было хорошего настроения. Звук был отвратительнее некуда.
Броню-то мне не порть, коза экзодарская! — одёрнул син'дорай Кирешу, удивительно легко и стремительно для рыцаря в полном латном доспехе разворачиваясь на месте и хватая девушку за руку. Жрица невольно напомнила о самом неприятном, что ждало в конце этого приключения: ремонте. — Пойдём-пойдём, я вижу там ещё одну дверь, наверняка ведёт в комнату с розовыми кристаллами и соблазнительными хвостатыми парнями. Я знаю, тебе это больше понравится.

Однако далеко им уйти не удалось: паладин как-то странно замер, даже не донеся ноги до пола. "Попались", — подумал рыцарь крови, напряжённо ожидая удара в спину, однако хозяева этажа, видимо, решили сначала поиграть с добычей.
О, к нам гости пожаловали, — мелодично произнесли из-за спины с таким чарующим талассийским акцентом, что син'дорай понял: придётся призывать на помощь всю свою паладинскую выдержку. — Какая странная парочка. Обычно они по отдельности приходят. А жаль, правда, девочки? Неплохо смотрятся вместе.
Сзади звонко засмеялись, судя по голосам, постепенно приближаясь и беря невольных союзников в кольцо.


Вы здесь » 99 дверей » World of Warcraft » World of Warcraft: Необходимая уловка