http://99doors.at.ua/99_dis_old/oldstyle.css
http://99doors.at.ua/99_dis_neutral/newstyle_neutral.css
http://99doors.at.ua/Eclipse_d/style_white.css
http://99doors.at.ua/Eclipse_n/eclipse.css
http://99doors.at.ua/99_2014/99-2014.css
http://99doors.at.ua/99_2015/99_2015_vesna.css
http://99doors.at.ua/99_dis_ettnhm/ettenheim.css
http://99doors.at.ua/99_dis_fest/New_year_2013.css
Вверх страницы
Вниз страницы

99 дверей

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 99 дверей » Amen » Amen: deadly vortex. V: Ulenhorst. Night.


Amen: deadly vortex. V: Ulenhorst. Night.

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Фандом: исторический к/ф "Amen".
Режисер: К. Коста - Гаврас (Франция, 2002 год.)
Жанр: drama, военный, OOC.
Рейтинг: G
Основной/желаемый пейринг: -
Пожелания к игре: другие игроки не требуются.
Пожелания к игрокам: -
N.B. Пост не ограничен по числу строк.
Краткое описание временного промежутка: осень, 1943 год.

1940 год. В нацистской Германии душевнобольных людей умерщвляют при помощи углекислого газа.
Племянница химика Курта Герштайна оказывается в их числе, и, хотя настоящая причина смерти от его семьи скрывается, Герштайн узнает правду. Потрясенный страшным преступлением, он присоединяется к борьбе христиан против бесчеловечных методов. Однако научные заслуги Герштайна привлекают к нему внимание эсэсовцев, и они поручают ему продолжать исследования свойств различных газов для санитарных нужд армии, а позже отправляют его лейтенантом в санитарные войска на Восточный фронт. Слишком поздно он понимает, что вещество, рекомендуемое им для очистки воды – «Циклон Б» - может иметь гораздо более губительное применение в газовых камерах Аушвица и прочих лагерей смерти. Сохраняя свою должность в войсках СС, Герштайн использует все возможности для того, чтобы мир узнал о холокосте.
Вначале он пытался привлечь внимание шведского дипломата и заставить действовать берлинского нунция. Однако безуспешно - услышал его (во время аудиенции у нунция) только молодой иезуит Рикардо Фонтана, наследник семейства, близкого к святому престолу.

12 сентября 1943 год, Уленхорст, пансион фрау Шрекк, 04.00

Рикардо потянулся до хруста в суставах. Больше половины отчета он уже написал, так что можно было ложиться спать. Но вот незадача - совершенно не хотелось.
Он открыл окно и глубоко вдохнул одуряющий аромат яблок и увядающих астр. Небо было лилово-черным, бархатным, усеянным по-осеннему далекими и холодными звездами. В саду прошуршали опавшие листья. Должно быть, какой-то маленький зверек, кошка или еж - Рикардо невольно улыбнулся - вышел на охоту.
Будет очень сложно. Он осознавал это в полной мере.
Папа Пий XII был истинным политиком - холодным, расчетливым, умеющим заглядывать на многие месяцы и даже годы вперед. Начинающего дипломата привлекали эти способности наместника Петра, он считал его своим наставником. Да и Пачелли проявлял приязнь по отношению к перспективному молодому человеку, сыну одного из его братьев и ближайших помощников.
Но теперь все идеалы Фонтана рухнули в один момент. Вернее. почему все? Только один. Сказано же было - не сотвори себе кумира, а он, священник, преступил Господню заповедь. Вот и получил, что должен.
Возможно, то, что происходило сейчас в мире, было для Папы не более чем игрой, дуэлью с Гитлером, в которой глава Ватикана демонстрировал решимость не позволить противнику вывести себя из состояния формального нейтралитета. Может, он хотел  облегчать страдания людские иным образом?
Рикардо поморщился.
За все время войны в доме его отца, к примеру, нашла приют едва ли сотня евреев.
В Аушвице погибли более полумиллиона человек.
В чью пользу баланс сил, князь Пачелли?
Как Церковь Христова может молчать в такие дни?

Отредактировано Рикардо Фонтана (2011-01-04 02:55:10)

2

Где-то в глубине, в той темной и тихой воде, которой Рикардо ощущал себя в предутренние часы, на дне блеснуло цветное стекло.
Кусочек мозаики.

Бессонное пробуждено во мне...

Иногда, в такие дни, когда Фонтана-младший бывал выбит из колеи и не помогала даже музыка, он, чтобы восстановить гармонию в душе, принимался сочинять стихи. Чаще всего это были классические сонеты - заданность формы и ритма помогала сосредоточиться и уравновесить мир и себя.
Но строка, пришедшая на ум, была нехороша - как может пробудиться бессонное? Рикардо решительно отверг ее и тихо напел какую-то музыкальную фразу, чтобы сохранить, удержать понравившийся ритм.

Бессмертное пробуждено во мне...

Ага. Будильником. Или коридорным в гостинице. Бессмертное - постоялец, который очень боится опоздать на ночной поезд. И картонка на двери - "разбудить во столько-то". И чаевые заботливому персоналу.
Фонтана фыркнул. Иногда ему в голову приходили совершенно дурацкие сравнения и ассоциации.

И вообще, почему - пробуждено? При чем тут это?
Ничего не получалось. Плохой признак - когда стихи не складывались сразу же, это значило, что нужна как минимум исповедь. Однако ему не хотелось никому рассказывать о том, что переполняло его душу. Ну... никому из людей.
- Уважаемый ежик, я согрешил, - вполголоса обратился молодой иезуит к оконному проему, - причем совершенно сознательно...
Он снова прыснул.
- Я совершенно сознательно рехнулся, - важно проговорил, копируя Орсениго, - и требую отпущения прежних грехов, совершенных в здравом уме и твердой памяти! О Господи, что я несу! - он зажал рот ладонью, чтобы не смеяться слишком громко.

Отредактировано Рикардо Фонтана (2010-09-13 16:20:07)

3

"А что это я без вина хихикаю? Нужно выпить..."

Тихо, на цыпочках, чтобы не разбудить хозяйку, Фонтана пробрался на кухню, извлек из недр шкафа бутылку - "фрау Шрекк не обидится" - и наполнил стакан. Со стаканом в руке вернулся в свою комнату, предварительно ушибив колени обо все твердые углы, какие только мог найти по пути. Впрочем, за ночь дом явно отрастил с полсотни новых мест для набивания синяков.

Вино было терпковатым, но удивительно теплым и мягким, как будто впитало в себя всю зрелость осеннего солнца. Рикардо пил его маленькими глотками, согреваясь изнутри, оттаивая. Он думал о Курте, о его детях, о спящей через две комнаты старой женщине, которую уже практически считал своей матерью, о своем отце, о том, что после войны все-таки нужно будет завести собаку и ходить с ней на прогулки вечерами. Ежиков пугать. Он снова рассмеялся и замер - струна зазвучала ясно и в полный голос.

Решение созрело, как вино...

А вот это было уже что-то.

Утреннее солнце, заглянув в окно, недоуменно оглядело неразобранную кровать, на которой вниз лицом спал мужчина в черной сутане, низкий столик у кровати, заваленный исчерканными четвертушками желтоватой бумаги, голубую вазу с тремя астрами и пустой стакан на подоконнике. Улыбнулось снисходительно - поэт, мол, бурная ночь...ну-ну, пусть спит. Подпустило на стену солнечных зайчиков и отправилось дальше, по своим делам.

Самый верхний листок из доброго десятка четвертушек был исписан твердым круглым почерком, без единой помарки.

Решение созрело, как вино,
но с горьких лоз сей урожай снимали.
К столу его мы подадим едва ли -
лишь для двоих назначено оно.

О, медленно его придется пить!
Тяжелое и вязкое, как время,
оно на душу возлагает бремя
готовности во имя цели жить.

И все на свете повернется вспять:
колосья - в зерна, странники - в обитель,
и чтобы к нам опять пришел Спаситель,
его почтить придется и распять.

И мир вернется. Это суждено.
Но как горчит предсмертное вино!

Отредактировано Рикардо Фонтана (2010-09-13 16:32:17)


Вы здесь » 99 дверей » Amen » Amen: deadly vortex. V: Ulenhorst. Night.