http://99doors.at.ua/99_dis_old/oldstyle.css
http://99doors.at.ua/99_dis_neutral/newstyle_neutral.css
http://99doors.at.ua/Eclipse_d/style_white.css
http://99doors.at.ua/Eclipse_n/eclipse.css
http://99doors.at.ua/99_2014/99-2014.css
http://99doors.at.ua/99_2015/99_2015_vesna.css
http://99doors.at.ua/99_dis_ettnhm/ettenheim.css
http://99doors.at.ua/99_dis_fest/New_year_2013.css
Вверх страницы
Вниз страницы

99 дверей

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 99 дверей » Amen » Amen: deadly vortex. XIII: Venice-Roma


Amen: deadly vortex. XIII: Venice-Roma

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Фандом: исторический к/ф "Amen".
Режисер: К. Коста - Гаврас (Франция, 2002 год.)
Жанр: drama, военный, OOC.
Рейтинг: G
Основной/желаемый пейринг: -
Пожелания к игре: другие игроки не требуются.
Пожелания к игрокам: -
N.B. Пост не ограничен по числу строк.
Краткое описание временного промежутка: осень, 1943 год.

1940 год. В нацистской Германии душевнобольных людей умерщвляют при помощи углекислого газа.
Племянница химика Курта Герштайна оказывается в их числе, и, хотя настоящая причина смерти от его семьи скрывается, Герштайн узнает правду. Потрясенный страшным преступлением, он присоединяется к борьбе христиан против бесчеловечных методов. Однако научные заслуги Герштайна привлекают к нему внимание эсэсовцев, и они поручают ему продолжать исследования свойств различных газов для санитарных нужд армии, а позже отправляют его лейтенантом в санитарные войска на Восточный фронт. Слишком поздно он понимает, что вещество, рекомендуемое им для очистки воды – «Циклон Б» - может иметь гораздо более губительное применение в газовых камерах Аушвица и прочих лагерей смерти. Сохраняя свою должность в войсках СС, Герштайн использует все возможности для того, чтобы мир узнал о холокосте.
Вначале он пытался привлечь внимание шведского дипломата и заставить действовать берлинского нунция. Однако безуспешно - услышал его (во время аудиенции у нунция) только молодой иезуит Рикардо Фонтана, наследник семейства, близкого к святому престолу.

17 сентября 1943 год, Венеция, 12:00

Венеция встретила его теплом - Рикардо уже начал забывать, что это такое. В Германии он постоянно замерзал, кроме того вечера, когда они с Герштайном гуляли в лесу около коттеджа фрау Шрекк.
Он легко спрыгнул с подножки поезда и оглянулся было, чтобы помочь Эльзе, но тут же увидел, что ее тщательно опекает тот самый элегантный господин. Вот и прекрасно. Иезуит поклонился попутчице, но та демонстративно игнорировала его, задрав носик. Фонтана поклонился также ее новому ухажеру - не без оттенка сочувствия, и повернулся, чтобы проследовать к кассам.
- Ой!
На него со всего разгону налетела невысокая скуластая итальянка - из тех, о которых говорят "перец в крови". Передвигалась она весьма целеустремленно, и в итоге оба они оказались сидящими на плитке, покрывавшей перрон. Рикардо неудачно приземлился на копчик и охнул от неожиданной боли. Впрочем, девушке пришлось не лучше - она порвала чулки, сломала каблук и раскровенила колено.
- Синьор... падре, простите! - лепетала она, пытаясь собрать мелочи, просыпавшиеся из сумочки. - О Мадонна! Я же не нарочно...
Иезуиту стало смешно. 
- Синьорина торопится? - он поднялся, отряхнул руки и подол сутаны и принялся помогать собирать дамские мелочи. Помаду, впрочем, пришлось выбросить - от удара о плитку золотистый футлярчик раскололся. Зато блокнот ему удалось выхватить чуть ли не из-под ног Эльзы, причем Рикардо показалось, что немка изо всех сил пыталась наступить хоть на что-то из рассыпанного незадачливой путешественницей.
- Я... да, - смущенно проговорила девушка, с сожалением глядя на разбитую коленку и разорванный чулок. - Меня у выхода ждет жених...и вот, так неудачно...
Священник протянул ей платок.
- Вытрите кровь. Я вас проведу.
- Синьор Фонтана! - раздался голос сзади. Рикардо оглянулся.
- О, добрый день, Чезаре. Тебя прислал отец?
- Да, он еще вчера сказал мне, что вы прибываете в Венецию, - шофер покачал головой и цокнул языком. - Синьорина, вам нужна помощь врача. Нога не болит?
- Нет... - растерянно проговорила девушка, разглядывая туфельку без каблука. - А что?
- А то, что может быть перелом или вывих, - заметил Чезаре и взглянул на Фонтана. Тот понял его взгляд.
- Мы подвезем вас с вашим женихом до больницы. Чезаре, я возьму вещи, а ты... - шофер кивнул и легко подхватил зардевшуюся девушку на руки. Рикардо последовал за ним.
Жених Люции, коротконогий крепыш в бежевой сорочке и видавшей виды кожаной куртке, вначале опешил, увидев свою невесту на руках у чужого мужчины, затем испугался и всю дорогу благословлял доброту господина священника. К счастью, в госпитале сообщили, что травм у девушки нет, и можно было ехать в Рим.

Отредактировано Рикардо Фонтана (2010-10-15 10:56:13)

2

Город остался позади. Рикардо и Чезаре сообща решили не спеша проехаться по морскому побережью.
Трасса на Римини была не из лучших, однако Чезаре, с детства возивший младшего Фонтана, отлично знал, что тому нравится смотреть в окно на разноцветные домишки, облезлые колокольни, ленивых собак, дремлющих на булыжных мостовых, причудливые скопления деревьев, из-за крон которых внезапно могла ртутно блеснуть вода. Почему бы и не порадовать мальчика? Водитель, состарившийся на службе у Фонтана, любил Рикардо, как собственного сына, хотя, разумеется, и словом не намекнул об этом молодому хозяину. Однако тот все понимал без слов и платил верному слуге сдержанной, но искренней приязнью.
- Как дела дома? - спросил Рикардо, когда за окном замелькали придорожные кусты, и Чезаре, прибавляя скорость, ответил:
- Все благополучны. Кстати, в доме сейчас прячутся две еврейские семьи... Ваш отец распорядился. Они, - водитель подразумевал нацистов, - начали забирать евреев чуть ли не у сстен Ватикана. Синьор Алессандро очень огорчен этим.
- Но... как? А Его Святейшество? - вопрос был неуместным, так как шофер не мог быть до такой степени осведомлен о происходящем в Ватикане.
Однако Чезаре нехотя произнес:
- Его Святейшество, по слухам, скорбит и делает все возможное, - он хотел добавить что-то еще, но взглянул на Рикардо и сдержался.

Отредактировано Рикардо Фонтана (2010-10-16 12:51:12)

3

Рикардо стесненно вздохнул. Несмотря на все сомнения, на неоднозначное отношение к официальной политике Церкви, он все еще оставался человеком, искренне отдавшим жизнь Богу и привыкшим к мысли о непогрешимости института папства.
Сейчас, однако, столкнувшись с реальной болью и реальным горем, которое так поразило его в новом друге, Рикардо не мог отделаться от мысли, что в Ватикане все не по-настоящему. Что Бог, от имени которого выступают все они, задохнулся в коконе ритуалов, как ослабевший птенец в яйце со слишком твердой скорлупой. Театр для нескольких тысяч человек - и подчас неподъемная ноша на всю жизнь для миллионов.
Фонтана хотел бы назвать это чувство тоской, но это была не она. Щемящее, ноющее, тупое ощущение в груди, вызывающее желание то ли убежать на край света, то ли вскрыть грудную клетку. Однако он не имел на это права. Он был связан словом и дружбой, он был связан осознанием того, что каждая минута промедления стоит жизни сотням невинных людей.
Как бы в ответ на его мысли шофер произнес:
- Я всегда знал свое место, синьор Рикардо, и вы это знаете. Но какая-то перемена должна произойти. Иначе Церкви перестанут верить.
Молодой иезуит сглотнул и кивнул. Голос все еще отказывался ему служить.
- Как там, в Германии? - тихо спросил Чезаре.
- Там... страшно. Ужас в воздухе, - Рикардо прокашлялся. - Мне пришлось... - он запнулся, подумав, имеет ли он право доверять Чезаре, затем устыдился и, словно в омут с головой, - говорить с человеком, который был в... тех местах, которые называют трудовыми лагерями.
И он рассказал все - сбиваясь на ненужные отступления, мучительно соображая, что важно для дела, а о чем лучше умолчать, замолкая порой на довольно долгое время. Рикардо не называл имен и мест, не говорил о ночных беседах и снах с чумными кораблями, но в целом этот рассказ оказался настолько трудным и мучительным для него, как будто он выворотился наизнанку и судорожно пытался вернуться в нормальное состояние. За окном мелькали рощи, дома, холмы, море - Рикардо сидел смотрел в одну точку, впереди себя, словно застыв. Он даже не жестикулировал - на его лице жили, казалось, только глаза и губы. Он рассказывал о том, что ему довелось увидеть и пережить, не Чезаре, не Богу - себе самому. Пытался понять, кто он, Рикардо Фонтана, и как ему жить теперь с этим новым знанием.

Отредактировано Рикардо Фонтана (2010-10-16 12:50:40)

4

Чезаре, очевидно, был напуган - таким Рикардо никто и никогда не видел. С юных лет наследник семейства Фонтана усвоил доброжелательную, но отстраненную манеру держаться, замкнулся в незримом магическом круге. Невозможно было себе представить, что творится в голове у Рикардо, о чем он думает, чем живет. И уж тем более - прикоснуться к нему тогда, когда он сам этого не желал. Кстати, незаметно было, чтобы он мог этого желать.

Как-то Витторио сказал, что девизом Рикардо могли бы быть слова "Noli me tangere". Фонтана усмехнулся и напомнил, что полностью эти слова звучат так: "Не прикасайся ко Мне, ибо Я еще не восшел к Отцу Моему". Это сказал воскресший Иисус увидевшей его Марии Магдалине. Витторио тогда возразил: "Возможно, твоя главная миссия еще впереди". "И тогда ко мне можно будет прикасаться?" - засмеялся Рикардо. "Почему бы нет", - серьезно согласился Витторио, Тори. Торикардо - так называли их, совершенно непохожих друг на друга и в то же время практически неразлучных друзей.
Тори был самым близким ему человеком. Но даже и он не мог разомкнуть этот круг, так надежно охранявший душевное равновесие и сосредоточенность младшего Фонтана.
И вот защита оказалась сметена одним рассказом о том, как гибнут в газовых камерах женщины и дети. Правдой этого рассказа, чистотой страдания и сострадания. Болью, от которой Рикардо задыхался ежеминутно, впрочем, успешно скрывая свое смятенное состояние от посторонних. Но удастся ли скрыть свою новую истину от глаз тех, кто его знает? Этого иезуит не мог даже предположить.
Подчас ему становилось нестерпимо стыдно - словно человеку, которому приснилось, что он очутился на многолюдной улице совершенно обнаженным. В оголении души было что-то особенно непристойное, страшное. Особенно в Риме. В Ватикане. В Тиволи.  Среди той роскоши, которая была привычна ему с детства.
Он испачкает этот сверкающий мир, внесет в него страх и смерть, холодный ветер и дорожную грязь, непристойный вопль - о милосердии, о помощи, о спасении. И в то же время ему некуда было больше идти, кроме как к подножию престола Святого Петра.
Нигде в мире он не мог надеяться найти понимание и поддержку.

Отредактировано Рикардо Фонтана (2010-10-16 15:59:44)

5

...Так вот, если Чезаре и был напуган, то во всяком случае молчал и вел машину, сжав губы и пристально вглядываясь в дорогу. Обессилевший Рикардо сам не заметил, как уснул, прижавшись щекой к подголовнику - и никакие сны не тревожили его. Он спал и не спал; перед закрытыми глазами мелькали темные теплые тени, а то нежно-алое солнце просвечивало сквозь веки, и губы молодого человека трогала улыбка. Солнце всегда было лучшим лекарством для него - солнце и море. И сейчас, после неожиданной почти что исповеди, тепло убаюкивало его и исцеляло. И все могло бы быть как прежде, когда он возвращался домой из поездок, - но в чемодане его лежала аккуратно свернутая карта, и даже сон не мог заставить Рикардо забыть об этом.
Он не уловил того момента, когда машина остановилась. Пробуждаясь, медленно моргал, оглядываясь по сторонам. Незнакомый город шумел вокруг. Пронзительно кричали продавцы, весело переругивались мальчишки, из репродуктора разносился какой-то дурацкий марш. Машина была припаркована возле административного здания, можно было прочесть табличку, но в глазах еще темнело от усталости.
- Это Комаккьо, синьор Рикардо, - вернувшийся Чезаре уселся за руль и положил на колени молодому человеку пакет из серой бумаги.
- Что тут? - Рикардо еще не совсем ясно соображал.
- Жареные каштаны. Вы их за два месяца отлучки еще не разлюбили? - подмигнул шофер. Он знал об этой слабости молодого хозяина, и несмотря на то, что покупать что бы то ни было с лотков уличных торговцев строжайше запрещалось, с помощью Чезаре Рикардо достаточно часто мог заполучить любимое лакомство.
Фонтана улыбнулся - немного растерянно и беспомощно, и благодарно. Чезаре не стал говорить с ним, утешать, расспрашивать - и это было лучшее, что он мог сделать.
- Спасибо, - проговорил он, соединяя в этой благодарности сразу все - и деликатность старого слуги, и его заботу, и нежность, с какой тот сейчас смотрел на "своего мальчика". - Конечно, не разлюбил. Я скучный консерватор, ты же знаешь.

Отредактировано Рикардо Фонтана (2010-10-16 17:17:52)


Вы здесь » 99 дверей » Amen » Amen: deadly vortex. XIII: Venice-Roma